Зашел в теплый предбанник с мокрыми отпечатками на дощатом полу, скинул с себя одежду, что потяжелее, развесил на крючочках, полегче – сложил на дубовых полочках, пристроил заветную тяжелую коробочку-пенал так, чтобы в глаза сразу не бросалась. Нашлась и пирамидка для оружия, там поместился один из моих трофейных «калашей». Штатную «Грозу», которая нынче мне, как свободному человеку, не полагалась, пришлось сдать вместе с формой и прочими армейскими причиндалами, а безоружным разгуливать по АТРИ – все равно что сразу покончить с собой. Затем потянул ручку двери.

Еще с порога шибануло чем-то ароматным. Хозяин толк в парилке знал, подбрасывал не обычную водичку, а настоянную на душистых травах.

Спай сидел на полке, красный, весь в поту. Увидев меня, поприветствовал:

– Давай не стесняйся, служивый. Удалась банька.

Я удивился:

– Что, запомнили меня?

Мужчина засмеялся:

– А то! У меня память профессиональная, тренированная. Увидел один раз – вовек не забуду. Только чур, – он поднял руку, – пока не закончим, никаких разговоров по делу. Только о бабах, охоте и погоде.

Я хмыкнул. Пожалуй, Спай прав. Говорить в бане о делах святотатство. Вот после нее – да, можно. А мне так и нужно.

Когда со священным ритуалом было покончено, мы чинно уселись в предбаннике. Спай предложил выпить, но я отрицательно покачал головой. Серьезный разговор требовал острого и свежего ума.

– Воля ваша.

Хозяин выловил из трехлитровой банки малосольный огурец и захрустел. Для меня пояснил:

– Свои, выращиваю в теплице. Лучше закуски никто еще не придумал.

Достал еще один, протянул:

– Может, будешь? Не последний. Хлебушка вот отломи. Сам пек, разве что мучица привозная, с Большой земли.

– Спасибо, в другой раз, – вежливо отказался я.

Спай, опустив взгляд, заработал челюстями. Покончив с едой, вытер рот тыльной стороной ладони:

– Ладно, говори, с чем пожаловал. Чего тебе от меня, горемыки старого, надобно?

Я, усмехнувшись, сказал:

– Во-первых, на горемыку и уж тем более старого вы не тянете, во-вторых, хочу предложить сделку.

– Какую сделку?

– Взаимовыгодную, – изрек я. – Хочу, чтобы вы помогли одному хорошему человеку свалить отсюда.

Спай откинулся к стенке, задумчиво прикрыл глаза.

– Отсюда, это я так понимаю, на Большую землю?

– Ага.

– И как же я это проделаю? – с удивлением, причем непонятно, наигранным или естественным, поинтересовался он.

– Как-нибудь, – загадочно произнес я. – Наверняка есть способы. Я тут хорошенько обдумал детали вашей биографии. Ну, помните, что нам рассказывали? Врали вы тогда немного, но в основных местах. Работали на ЦРУ и ряд других американских и не совсем американских контор. И, как положено, были не просто агентом, а агентом двойным. Служба Внешней Разведки, если я правильно понимаю.

– Вот те раз, – непритворно изумился Спай. – Флеминга, наверное, начитались, или Ле Каре.

– Кое-что другое, – улыбнулся я и выслал на его КИП файл Жука.

Спай изучал содержимое долго и внимательно, я тем временем продолжил гнуть свою линию:

– Иначе не сложилась бы у вас жизнь столь благополучно. Ну, а поскольку бывших чекистов не бывает, значит, вы до сих пор там работаете. Строчите для московского начальства отчетики, статистику всякую собираете, деньжата зарабатываете, цацки сплавляя. И зуб даю против вашей челюсти – есть у вас канал, по которому в любой момент можно уйти на ту сторону.

– Вот оно как? – обескураженно пробормотал Спай. – А ты хорошо подготовился, парень. Много накопал. Неужто из тех, кто за мной присматривает? А может, и вовсе из конкурирующей конторы?

Я улыбнулся, но говорить не стал.

Спай призадумался. Он явно не ожидал от меня, юнца, такой прыти. А я чувствовал, что если и был не прав, то самую чуточку. Это одновременно и окрыляло, и слегка пугало неизвестностью. Честно говоря, я сам не знал, насколько далеко смогу зайти и какие у меня будут перспективы.

– Хорошо, карты на стол, – произнес он. – Допустим, я могу кое в чем помочь. Но это стоит больших денег. И не потому, что я жадина-говядина. Кроме меня, есть еще люди, и они за просто так рисковать не будут: всякий риск должен оплачиваться по соответствующему тарифу.

– Тариф я готов обговорить прямо сейчас, – мягко и в то же время решительно сказал я.

– А этот человек хороший, за которого хлопочешь, ты сам или…

– Или, – кивнул я. – Это моя девушка. И мне надо, чтобы вы доставили ее в целости и сохранности, подготовили «легенду», документы, как положены, денег чтобы дали на первое время. А я заплачу, причем не обижу.