– Надо же,- покачали мы головами,- какой непослушный мальчик!

– И ещё мне Рита из тридцать пятой рассказала секрет, и я который день страдаю,- пригорюнилась Маринка.

– Секреты выдавать нельзя,- вздохнули мы.

– Да я знаю, вот и страдаю.

Так мы дошли до дома Шаапуни. Манька ждала нас у ворот.

– А чего это вас так много?- испугалась она.

– Маринку мы по дороге встретили.

– Наверное не пустят на примерку,- вздохнула Манька.

– Если не пустят, то я уйду,- заплакала Маринка,- я и так несколько дней страдаю, могу и из-за этого пострадать.

– А чего это ты страдаешь?- удивилась Манюня.

– Ей Рита из тридцать пятой доверила страшный секрет,- рассказали мы.

– Ой-ой, чужие секреты выдавать нельзя,- покачала головой Манька.

– Нельзя-нельзя,- вторили мы ей.

– Вот я и страдаю,- пуще прежнего разрыдалась Маринка.

Мы в растерянности топтались рядом. Каждую из нас подмывало спросить, что же такого страшного доверила ей Рита, но мы помнили, что секреты выдавать нельзя. Поэтому молча страдали вместе с Маринкой.

– Ладно, пойдём с нами,- Манька вытащила из кармана платок и протянула Маринке,- утри слёзы.

– Спасибо тебе большое,- вздохнула Маринка, трубно высморкалась в платок, а потом протёрла им лицо.

Агнесса, конечно, не возражала против присутствия Маринки. Она была очень радостная, постоянно смеялась и светилась счастьем. Приведи мы с собой ещё с десяток девочек, Агнесса бы, наверное, и слова не сказала.

– А почему ты заплаканная?- спросила она Маринку.

– Страдает,- объяснили мы хором.

– Сейчас мы её утешим,- сказала Агнесса и повела нас к себе в комнату. Там она усадила нас на диван, открыла коробку конфет, которую мы с собой принесли.

– Угощайтесь, сейчас вам ещё лимонаду принесу.

– Вот повезло,- переглянулись мы, и взяли каждая по конфете. Маринка взяла две, но мы на неё грозно цыкнули, и она виновато положила одну обратно.

– Это я от переживаний,- пробубнила она.

Потом пришла портниха, принесла платье Агнессы, и мы, затаив дыхание, ждали, пока она его достанет из большого пакета.

– Красота-то какаааая,- выдохнули мы, когда портниха развернула свадебный наряд. Это было платье нашей мечты. Белое, лёгкое, с вышитым бисером корсетом, прозрачными рукавами-бабочками и пышной, словно пенной, юбкой. Когда Агнесса его надела, мы разинули рты. Такой красивой мы её ещё никогда не видели.

– Доченька моя,- заплакала мама Агнессы, тётя Нина,- какая ты у меня красивая!

– И такая счастливая,- завертелась в платье Агнесса. Она встала на цыпочки, и стала кружиться вокруг себя. Мы любовались её изящными ножками и впервые в жизни стали смутно понимать, сколько силы таится в хрупкой женской красоте.

– А-а-а-а-а-ааааа,- вдруг разрыдалась Маринка,- не хочууууууу!!!!!!!

– Чего не хочешь?- всполошились все,- ну что такое с тобой происходит?

Агнесса перестала вертеться, пощупала лоб Маринки и уложила её на диван.

– Может ребёнку успокоительное дать?- повернулась она к матери.

– Не надо мне успокоительного,- вскочила Маринка,- пойдём отсюда, девочки.

Мы попрощались, и вышли на улицу.

– Переволновалась бедненькая,- долетел до нас шёпот портнихи.

Так как до Маниного дома было рукой подать, то мы направились прямиком туда. Маринка села на скамейку под тутовым деревом, обняла ноги руками, спрятала лицо в колени и через плач, заикаясь, зашептала:

– Девочки, сил моих нет больше молчать. Сейчас вам расскажу. Знаете, что будет с Агнессой, когда она замуж выйдет?

– Что будет?- наклонились мы к ней.

– Она ляжет в постель со своим мужем и он… и он… и он…

– Чего и он?

– И он… по-пи-са-ет на неёооооо!!!!!!!- забылась в истерике Маринка.

– Чегооооо?????????- вылупились мы.

– Ну мне это Ритка по секрету сказала. Говорит – знаешь, откуда дети берутся? Я говорю - знаю, из живота мамы. А она говорит – знаешь, как они туда попадают? Я говорю - нет. А она говорит – для этого нужно, чтобы муж обнял жену и пописал на неё.

– Фууууууууууу,- закричали мы,- ужас какой, ужас какой! Фуууууууууу!!!!!

– Да врёт эта твоя Ритка,- рассердилась Каринка,- врёт она всё, она же вруша!

– Я тоже так думала, поэтому пришла домой и спросила брата. А брат сначала посмеялся, а потом говорит – ну, в принципе, всё пра-виль-ноооо!!!!!!!!!! А он же запретную книгу бакачи читал, он всёоооо знаееееет!