Шрифт:
— Не знаю, Том. Остается только ждать.
Стью не намеревался отправляться в путь слишком быстро — уж очень близко был он к смерти, и теперь наслаждался выздоровлением. Он хотел сначала окрепнуть. Они перебрались из вестибюля в два смежных номера на первом этаже отеля, а в комнате напротив обосновался Кин. Нога Стью действительно заживала, но из-за неправильно наложенных шин она не могла стать такой, как прежде, пока он не доберется до Джорджа Ричардсона, который вновь сломает ее и срастит правильно. Но до конца своих дней Стью будет прихрамывать.
Тем не менее Стью делал упражнения, тренировал ногу. Чтобы вернуть ноге хотя бы 75 % былой оперативности, потребуется много времени, и, насколько он мог судить, впереди у него была целая зима.
Двадцать восьмого октября Грин-Ривер припорошило почти пятидюймовым слоем снега.
— Если мы не тронемся в путь как можно быстрее, — сказал Стью, когда они с Томом выглянули в окно, — нам придется провести всю зиму в этом отеле.
На следующий день они сели в «плимут» и поехали к автозаправке на окраине городка. Здесь с частыми перерывами, — а Тому пришлось взять на себя всю тяжелую работу, — они заменили лысые шины задних колес на зимние. Стью обдумывал возможность поездки и принял довольно иррациональное решение попытать счастья. Том закончил операцию, загрузив четыре пятидесятифунтовые коробки с песком в багажник «плимута». Они выехали из Грин-Ривер в канун Дня Всех Святых и направились на восток.
К полудню второго ноября они добрались до Гранд-Джанкшен. Все утро по небу ползли свинцово-серые тучи, а когда они уже ехали по главной улице городка, первые снежинки начали опускаться на лобовое стекло «плимута». Во время их пути снег срывался несколько раз, но теперь небеса обещали настоящий снегопад.
— Напряги-ка зрение, — сказал Стью. — Мы здесь немного задержимся.
Том вытянул руку:
— Сюда! Мотель со звездочкой!
Мотелем со звездочкой оказался «Гранд-Джанкшен Холидей-инн». Под вывеской большие красные буквы приглашали: «БРО ПОЖАЛО В Г АНД ДЖАНК ЛЕТОМ '90! ИЮНЬ 12 — И ЛЬ 4!»
— Хорошо, — сказал Стью. — Пусть будет «Холидей-инн».
Он подъехал к мотелю и заглушил мотор «плимута», и тот, как они потом обнаружили, так больше никогда и не завелся. К двум часам дня снегопад превратился в сплошную белую завесу, опускавшуюся на землю беззвучно и, казалось, бесконечно. К четырем дня легкий ветер превратился в буран, разметая и кружа снежные столбы почти с галлюцинаторной скоростью. Снег шел всю ночь. Проснувшись на следующее утро, Том и Стью обнаружили Кина, сидящего перед двойными дверями вестибюля и смотрящего на застывший мир белизны. Лишь сойка перелетала с одной рябиновой ветки на другую, лакомясь алыми ягодами.
— Боже праведный, — прошептал Том. — Нас занесло снегом, правильно, Стью?
Стью кивнул.
— Как же мы доберемся до Боулдера?
— Будем ждать весны, — ответил Стью.
— Так долго? — Том выглядел ошарашенным, и Стью обнял широкие плечи этого мальчика-мужчины.
— Время пройдет незаметно, — сказал он, но сам не был уверен, что они смогут так долго ждать.
Стью, задыхаясь, стонал в темноте. Наконец он закричал и проснулся от собственного громкого крика в комнате мотеля. Приподнявшись на локтях и глядя широко раскрытыми глазами в темноту, он вздохнул и ощупью нашел кнопку настольной лампы на ночном столике. Он дважды нажал на нее, и сразу все стало на свои места. Забавно, как трудно умирает вера в электричество. Он опустил руку, поднял с пола фонарик и зажег его. Затем сел в кресло у письменного стола и взглянул на часы. Было четверть четвертого утра.
И снова этот сон. Сон о Франни. Кошмар.
Сон постоянно повторялся. Франни больно, лицо ее заливает пот. Ричардсон склонился между ее ногами, а Лори Констебл, стоя рядом, ассистирует ему.
«Тужься, Франни. Еще. Все хорошо».
Но видя угрюмые глаза Джорджа над маской, скрывающей его лицо, Стью понимал, что с Франни все не так уж хорошо. Что-то было плохо. Лори вытерла ее потное лицо и убрала волосы со лба.
«Ребенок идет боком».
Кто это сказал? Это был зловещий бестелесный голос, низкий, растянутый, как если бы пластинку-«сорокапятку» поставили на 33 оборота.
«Ребенок идет боком».
Голос Джорджа: «Позови Дика. Скажи ему, что нам, возможно, придется…»
Голос Лори: «Доктор, она потеряла много крови…»
Стью закурил сигарету. Она была ужасно вонючей и сырой, но после такого сна и это было хорошо. «Просто я переживаю, вот и снится такое. Вечно эта мысль, что если тебя нет рядом с ней, то все идет из рук вон плохо. Забудь, Стюарт; с ней все в порядке. Не все сны сбываются».
Но за последние полгода слишком многие сны сбылись. Ощущение, что ему показали предстоящие роды Франни, не покидало его. Он затушил наполовину выкуренную сигарету и тупо посмотрел на ровный свет фонарика. Было 29 ноября; уже почти четыре недели они жили в «Холидей-инн». Время тянулось очень медленно, но в их распоряжении был весь городок.
Стью нашел электрический генератор фирмы «Хонда» на складе на Гранд-авеню, они с Томом перетащили его в «Холидей-инн», положив с помощью цепочечного подъемника на аэросани — почти так же, как Мусорщик поднял свой последний подарок Ренделлу Флеггу.