15.

— Где ты был?

— Только очнулся и уже ругаешься! Неужели все нормальные люди такие! Я занимался делом: путешествовал и собирал информацию.

— Путешествовал? По этому ограниченному местечку? Ах, вот в чём дело! Ты совершил прогулку по мозгам всех тех, кого встретил.

— С тобой невозможно разговаривать — то грубость, то вульгарность. Тебя может извинить лишь твоя неподвижность, из которой в обязательном порядке проистекает твоя раздражительность.

— Надо же! Твои пышные словеса надо переводить как жалость ко мне? Правда, сверху вниз.

— Ещё бы. Ведь я смотрю на тебя с высоты собранной информации. Торжественно заявляю: один человек — один бесконечный мир. Я сделал открытие и запасся таким количеством материала для анализа, что мне остаётся вернуться в храм и предаться размышлениям.

— Безымянный, ты забываешь о мелочи. Мы не можем вернуться. Пока тебя не было, я тоже кое-что узнал. К сожалению, моя информация не столь оптимистична. Нас могут уничтожить.

— Нас? Можно уничтожить физическое тело. Я не материален.

— Это мы уже обсуждали. Твоё заявление спорно.

— Уточняю: не материален в определённом смысле. О чём иногда сожалею

— Мне никогда не понять степени твоей наивности, Безымянный. Убьют меня — из упорядоченного существа ты превратишься в хаотический катаклизм вселенных. И тогда твоё сладкое кушанье — собранная информация — пропадёт зря. В общем, конечно, не зря. Тебе она будет просто безразлична.

— Я неохотно признаю твою правоту, украденную из моих мыслей.

— И здесь уколол. Не надо притворно сокрушаться, не обеднеешь. Тем более, ты-то знаешь всю мою подноготную, а я хоть раз пенял на твоё бесцеремонное вторжение в мою личность?

— Хорошо. Чего ты от меня хочешь?

— Я найду тебе другое тело на время своего отсутствия…

— Отсутствия?

— Не беспокойся. Это ненадолго. Я должен попасть в команду ребят, которые отправляются на переговоры. Нам надо точно знать, на что мы можем рассчитывать.

— Но в теле обычного человека я не могу долго находиться.

— Я настрою человека на тебя, уберу блоки, мешающие тебе укрепиться в нём.

— А у тебя получится?

— Должно получиться.

— Интересно. Новые ощущения… Когда начнём?

–

Охотники, одетые в парадные костюмы военного образца, шли по коридору к посадочной станции.

Последнему внезапно показалось, что его окликнули по имени. Он удивлённо обернулся и нерешительно прошёл было мимо полураскрытой двери в кабинет реанимации. Чья-то ладонь стремительно зажала ему рот, и его, потерявшего сознание, бесшумно уволокли в кабинет.

Лихорадочно прислушиваясь к звукам в коридоре, воскресший неизвестный быстро переоделся в охотничью форму и умело перегрузил части восстанавливающей аппаратуры на бессознательное тело незадачливого охотника. Ещё минута ушла на несколько лёгких движений ладонями над головой парня.

— Попробуй. Как?

— Вроде приемлемо. Желаю удачи!

— Я думал, ты предскажешь будущее…

— Чтобы оно стало настоящим? Глупо.

— Ладно. Хотя бы одно: я вернусь?

— В алгоритме твоей судьбы слишком много условий. И все они связаны и свободны. Исходя из этой многовариантности, я не могу предсказать…

— Хватит. Ты прощаешься со мной спокойно — значит, я вернусь.

— Твоя догадливость выше всяких похвал!

— Болтун!

16.

Литта натянула на лицо охотничью маску и проверила, всё ли на месте. В ритуальной парадной одежде эрисиан можно спрятать многое: мелкое оружие из лёгкого, но прочного металла; кольчужные — лучеотражающие — жилеты; пояса, которые при детальном рассмотрении раскладывались наподобие ширм с многочисленными тайничками. Свободная одежда скрывала всё. Поверху оставался меч в ножнах на бедре (два сегментных прятались на спине). Эрисиане предпочитали, чтобы противник до последнего момента терялся в догадках, настолько ли они примитивны, чтобы драться лишь холодным оружием. На деле же в манжете каждого таился луч-пистолет, и достаточно резко распрямить ладонь, чтобы оружие влетало в ждущие пальцы, а под парадным плащом, перекинутым через левую руку, прятался компактный ручной лучемёт.

Недавняя плаксивость теперь вспоминалась с недоумением. И, хотя нежелательно отвлекаться на посторонние мысли, Литта немного беспокоилась: что же это было? Может, она недооценила пришельцев? Есть ли вероятность, что они не только технически развиты? Может ли быть, что ментальность их также совершенна? Но, насколько она успела приглядеться к каждому, люди вокруг неё в обычном состоянии. А целенаправленно влиять на отдельно взятую личность в толпе с большого расстояния нельзя. Для этого нужно хотя бы определить её. Сканирование? С момента подготовки к посольству она упорядочила свою ауру до уровня среднего человеческого поля…