Шрифт:
– Годится?
– Конечно!
Тенька положил билет на крышку мобильника, нацелился шариковым наконечником… После того как он отправил Народец в весеннее плавание, сказки у него придумывались редко. Из новых героев жили в памяти всего четверо. Тенька вывел синие печатные буквы:
Чарли Пуп
Пылесосов
Гвоздило
Пустотеркин…
Шурик смотрел через его плечо.
– Чарли Пуп – это маленький клоун, – объяснил Тенька. – Пылесосов и Гвоздило были домовыми в избушке одной бабки, а теперь они бомжи. Пустотеркин – космонавт-лилипутик, он не помнит, где его планета. Летает в космической пустоте…
– Но он вспомнит? – полушепотом спросил Шурик.
– Вот окажется в Зубе, там ему объяснят…
Тенька сложил билет вдвое, надел его на переднюю мачту поверх паруса.
– Вот… пусть плывут…
Они сбросили обувь, по колено вошли в воду – на отмели она была теплая. Тенька дал кораблик Шурику:
– Подержи. Он ведь наш общий…
Шурик послушно подержал и вернул. Тенька опустил кораблик на воду. Ветерок был с берега, самый подходящий. Кораблик побежал, прыгая на мелкой ряби.
Постояли, помахали ладонями.
– Пойдем, – сказал Тенька. – Они не любят, когда долго смотрят им вслед…
– Ага… ой, подожди! Пусти за ними пузырчатые корабли. Воздушное сопровождение…
«Молодец Шурик, правильно догадался!» – Тенька выхватил из кармана запускатель, поднес к губам колечко. И…
– Шурик, попробуй ты…
– У меня не получится…
– Попробуй. У тебя майка морская…
Шурик дунул…
Ура, получилось! Правда, пузырей оказалось всего два, зато большущие! И сразу превратились в кораблики с крутыми парусами.
– Твой и мой, – сказал Тенька. – Вот. А говорил, не получится…
Прозрачные кораблики улетали вслед за суденышком с бумажными парусами, которое было уже далеко… Пронеслись две речные чайки, но в сторонке. Удивленно покричали издалека. Шурик и Тенька пошли к велосипеду. Над Косой опять раздался тревожный звон. И тут же отозвался дребезжаньем Тенькин мобильник.
– Мам, ну чего? Мы с Шуриком гуляем…
– Зайди ко мне.
– Зачем?
– Узнаешь… У меня лопнуло терпение…
– А че я сделал?
– Зайди, тогда поймешь, «че»…
Непонятно: в шутку или всерьез?
– Шурик, довези до вахтерки…
Мама оглядела Теньку от волос до кроссовок.
– До чего всклокоченный… Вчера надел новый костюм, а сегодня будто тебя жевал… непонятно кто…
– Динозавр… Мама, а ты знаешь, что тараканы такая же древняя порода, как динозавры? Я читал в Интернете…
– Не заговаривай мне зубы… Поставь стул посреди комнаты.
– Зачем?
– Затем, что у меня лопнуло терпение.
«Опять? Ой-ой…» Она хочет положить его поперек стула и сделать то, что собиралась вчера? Но мамина сердитость была не настоящая. Тенька снова спросил:
– Че я сделал-то?
– Поставь стул и садись.
Он послушался. Мама с размаха окутала его пестрой простыней, от которой пахло стиральным порошком. Взяла с гвоздя ножницы – длинные и блестящие.
– Ай… не надо…
– Цыц… Если я не могу спровадить тебя в парикмахерскую, остригу сама…
– Только не коротко!
– Под самый корешок. Потом будет меньше забот…
– А-а!..
– Сидеть!
Но, конечно, коротко стричь Теньку она не стала – не враг же собственному сыну. Прическа осталась довольно длинной, только стала аккуратной, как в лаковом журнале «Наши дети».
– Ну?
Тенька вытянул шею, глянул издали в зеркало под большими «Правилами распорядка».
– Ну… ничего… А зачем ты меня гнала в парикмахерскую? Ты же мастерица лучше всех…
– Не подлизывайся. Гнала, чтобы ты проявил самостоятельность. До сих пор боишься куда-нибудь один сходить…
– Я не боюсь! Я… наоборот! Мама, дай двенадцать рублей! Я куплю запасную мыльную запускалку! Их продают в киосках у рынка!
– Сразу извлек выгоду…
– Ма-а, ну дай…
– Дай уехал в Китай, остался один Попрошай…
– Но ты же сэкономила на стрижке! Парикмахеры скачали бы не меньше сотни!..
Тенька догадывался, отчего мама долго не стригла его сама. Она – бывший гример, парикмахер и ретушер – боялась напомнить себе о прежней профессии. Но вот, решилась… Тенька, дергая плечами и ногами, скинул простыню, вскочил. Сунулся ближе к зеркалу.