Мицо чуть повернул голову, и в отблеске света глаза его на мгновение стали опаловыми. Он внимательно следил за реакцией Трейси.

– И сейчас нас интересует этот последний, триста пятидесятый квадрат, – руки его неподвижно лежали на коленях, качавшаяся несколько минут назад нога замерла. – Был там один лейтенант – имя его не имеет для нас никакого значения, – командовавший одним из подразделений сил особого назначения еще в операциях Дэниэла Буна. Однако в действительности лейтенант и его тщательнейшим образом отобранные люди действовали совершенно автономно от майора Эйленда и вообще независимо от кого бы то ни было, даже от тех, кто контролировал операции Дэниэла Буна. – Мицо улыбнулся. – Вас это не удивляет?

– На войне меня ничего не удивляет, – после паузы ответил Трейси.

Сейчас я должен быть очень осторожен, думал он. Совершенно очевидно, что он очень медленно и очень искусно готовит мне ловушку. Какую? В данный момент вопрос этот неуместен: придет время, решил Трейси, и я узнаю ответ на него.

– Понятно, – кивнул Мицо. Лицо его было по-прежнему непроницаемо. – Итак, лейтенант не знал, кто конкретно отдавал ему приказы, он знал лишь одно: любое его требование выполнялось мгновенно, без обычных для армии проволочек, все, что он просил, поступало ему в том виде, в каком он заказывал. И никто не задавал никаких вопросов. Он также знал, что все операции, проводимые Дэниэлом Буном, должны держаться в строжайшем секрете, потому приказы, которые он получал, знал только он один, никто из его людей не посвящался в подробности. Приказов, надо сказать, было немного, но все они – с пометками «Совершенно секретно» и «По прочтении сжечь» – касались лишь одного: уничтожения штаб-квартиры ЦШЮВ. Правду знали только лейтенант и четверо его людей. Их задание носило кодовое название «Операция Султан».

В наступившей тишине раздался голос Трейси:

– Расскажите мне о цели «Операции Султан».

Мицо кивнул и на секунду закрыл глаза. Подняв голову, он продолжал:

– «Операция Султан» представляла собой чрезвычайно тонкую контрразведывательную миссию, которую в апреле тысяча девятьсот шестьдесят девятого года начали... в общем, здесь мои источники информации дают противоречивые сведения, но превалирует точка зрения, что операцию финансировало ЦРУ.

Интересно, можно ли проверить все то, что рассказывает Мицо, размышлял Трейси.

– Операция планировалась как массированный удар по подпольным коммуникациям вьетконговцев и красных кхмеров. А тем временем КНР – Китайская Народная Республика – намеревалась наводнить американский сектор дешевым героином. По оценкам китайских специалистов, это позволило бы превратить американскую военную машину в груду металлолома, а ее солдат – в самых заурядных наркоманов. Они не ошиблись.

Мицо посмотрел прямо в глаза Трейси.

– Продолжайте.

– Из множества кандидатов был отобран руководитель операции. Лейтенант, известный как своей жестокостью, так и опытом подобных заданий. Это абсолютно достоверная информация.

– Совсем необязательно каждый раз это подчеркивать, – Трейси снова начало клонить в сон, – ближе к делу, пожалуйста.

– Как скажете, – Мицо заворочался на стуле. – По моим сведениям, а они абсолютно точны, «Операция Султан» рассматривается американской разведкой как чрезвычайно успешная.

– Ну и что с того?

– Это неправда, – Мицо ждал реакции Трейси.

– Лагерь красных кхмеров в квадрате 350 был уничтожен согласно приказу, – устало возразил Трейси, – Это факт. Тому есть подтверждения независимых источников: в тот район было направлено еще одно подразделение, следом за первым. Они подтвердили факт уничтожения лагеря. Кроме того, они обнаружили следы пожара. Все наркотики были сожжены.

Мицо пожал плечами:

– Вполне возможно, килограмм-другой пожертвовали огню. С одной-единственной целью: одурачить тех, кто прочесывал квадрат, – он покачал головой. – Но, поверьте, друг мой, основная масса наркотиков, предназначенных для американской армии, не была уничтожена, просто ее направили по другому маршруту.

– Должен ли я понимать это так, что у вас имеются доказательства?

Мицо широко развел руками:

– А как по-вашему, я построил этот особняк и еще три таких же в других местах?

Трейси с трудом восстановил нормальное, ровное дыхание. Прана.

– Что вы хотите этим сказать?

– Все очень просто. Я был посредником в поставке той партии героина. А также всех последующих партий, – он сложил ладони вместе. – Понимаете, канал, по которому поступали наркотики, так и не был перекрыт, вопреки тому, что трубили газеты. Его просто повернули в другую сторону. Кстати, он функционирует и по сей день, – Мицо улыбнулся. – Уж я-то это знаю. Потому что лично руковожу всеми поставками.

От новой информации у Трейси слегка закружилась голова. Это казалось невероятным, но у него не было больше оснований сомневаться в словах японца. В конце концов, каким образом он мог получить доступ к столь секретной информации, как та операция? Только через свой канал, по которому одновременно переправлял и наркотики. Иного мнения и быть не может.

Улыбка Мицо стала еще шире:

– Вы побледнели, мой друг. Как будто увидели коми. Духа. Но я не осуждаю вас. В конце концов, «Султан» – это была самая обыкновенная операция, и не исчезни вы из поля зрения, вас непременно подключили бы к ней.