Лима отвернулась и произнесла совсем тихо:

— Многоликая мертва, ее погубила адская стрела. Мне пришлось спасаться бегством. Ты зря проделала длинный путь. Если тебе нужно была она, то знай, Многоликой больше нет.

Некоторое время длилась тишина, но видимо Скрепка не умела долго хранить молчание.

— Зато есть ты, — проговорила она со вздохом. — Вместе будет веселее путешествовать? Правда?

— Не лучшее ты время выбрала. Я не одна, со мной мальчик-вампир, он может сорваться, ведь ты человек.

— Я что-нибудь придумаю, — улыбнулась Скрепка.

— А как ты прошло мимо тварей и еще, не тебя ли ищут люди? — решила сменить тему Лима.

— Монстрам я устроила головную боль. В общем, им было очень больно, — помахала прибором девушка. — А люди… ну, я нагрубила их начальнику и отказалась работать в его лаборатории. Не люблю быть чьим-то подсобным рабом, обойдутся без меня.

— Идем, — осторожно подошла к окну Лима. Машина как раз уезжала, их разговора люди не слышали — это радовало. — К Урту близко не подходить, не нужно лишний раз его искушать.

— Урт — это мальчик-вампир? — полюбопытствовала Скрепка, повеселев. Видимо ее нисколько не заботило, что Урт вампир.

— Да, и он адский вампир.

— Ясно, но разговаривать же с ним можно, злая мамочка?

— Ща кто-то в лоб получит, — прорычала Олимпиада.

Они поднялись на верхние этажи, где спал Урт. Им предстояла долгая ночь…

Улей Иуужана передавался из поколения в поколения старшим сыновьям. Прошло много веков, а он все стоял и только увеличивался в размерах. Это была огромная конструкция из толстых черных щупалец, расползавшихся намного километров вперед. Если смотреть сверху, то можно увидеть, что улей идеальной круглой формы. Сколько поколений термитотелов сменилось за время его существования, не помнит никто. Другие улья, появившиеся после черного гиганта, являлись лишь жалким подобием на отца-прародителя. Среди термитотелов ходил слух, что этот улей создал самый первый термитотел — предок, тот, что отвернулся от света и предал свою расу. И оказалось, слух тот был истиной.

После собрания, где отец сообщил сыновьям о тайне, что хранил веками старый улей. Столкнувшись с угрозой, исходившей от их светлого «отражения» — клауурисов, Иуужана решил разбудить древнего предка. Он вел сыновей через подземные входы прямо к большому кокону с ветвистыми щупальцами, соединявшие его с ульем. Никто кроме старшего термитотела улья не знал о существования тайного хранилища, где покоился отец всех термитотелов — владыка.

Сыновья удивленно застыли, разглядывая кокон, как нечто нереальное. Они не могли поверить, что действительно видят сосуд, где находится самый первый термитотел. Даже искушенный Шруускунер и тот был изумлен.

— Чтобы сделать из светлой расы темную, нужно найти представителя этой расы, сомневающегося в себе, — заговорил в полной тишине Иуужана. — Того в кого можно вселить чужую темную душу. Впоследствии его потомки будут с прогнившим семенем — темными. Наш предок был таким. Его жестокость и жажда власти пугала даже его сыновей. Однажды, отца самого испугало безумие, охватившее его разум, и он приказал сыновья заточить его на тысячи лет, пока не придет время его освободить. И все это время он копил темную энергию и восстанавливал рассудок для того, чтобы занять законное место. Место отца всех термитотелов, место одного из владык ада.

— То есть в этом коконе действительно находится… — испуганно отстранился один из сыновей.

— Наш общий с вами предок, — повернулся к термитотелам отец. — Пришло время пробудить его к жизни, чтобы он вернул нам былое величие, а затем он спуститься в ад и обретет законную силу. Он объединит даже те улья, что давно перестали походить на нас. Дальние родственники встанут с нами в одни ряды, и мы задавим светлых численностью.

— А не опасно ли его освобождать? — поинтересовался Шруускунер настороженно.

— Опасно, — согласился Иуужана, — но мы с ним преследуем одни и те же цели, он наш отец и сможет привести нас к победе, уничтожить наших общих врагов.

— А я думал, что наш предок теперь среди владык, он же стал отцом всех термитотелов, — проговорил старший сын Иуужана.

— Он должен был стать, но не стал, — ответил отец. — Его заточили до того, как он спустился в ад.

Иуужана подошел к большому кокону. Под воздействием его взгляда щупальца расползались в разные стороны. Руки старшего термитотела слегка дрожали. Отец улья сам не знал, что увидит внутри кокона.

Показалась замороженная статуя мужчины с короткими волосами толщиной с палец. Одна его сторона была черная, вторая — белая. Ото лба тянулись две параллельные дорожки рогов к затылку длинной с кисть. Наличие такого количества рогов, говорила, что он действительно достиг высокого уровня и должен был спуститься в ад, дабы получить звание владыки. Он был совершенно непохож на своих потомков. Скорее демон, чем термитотел.

— Ну, чего ты ждешь, отец? — поторопил Шруускунер.

Иуужана осторожно отошел к сыновьям и призвал рабов. Его опасения понятны. Неизвестно в каком настроении проснется предок и будет ли он сговорчив, не станет ли рвать потомков на части.