— Помнишь, я рассказывал о снежной буре? Я пытался дозвониться до тебя целый день и прорвался три раза. Но первые два раза я услышал только помехи. В третий раз никто не подошел, а я решил не оставлять сообщения.

— Это был ты?! — Грейс прижала руки к губам. — А я думала… Я считала, что это был Дэн.

Ее глаза наполнились слезами, и Клифа больше не волновало, что она думала, он пересел на диван к Грейс и обнял ее.

— Мне жаль. Я бы упомянул об этом раньше, но не знал…

— Мне казалось, что Дэн тянется ко мне, будто говорит, что ему жаль. Год назад у нас был чудесный День благодарения, а в этом году… В этом году была только я и Мэрилин…

Клиф притянул Грейс еще ближе к себе. Она чувствовала себя уютно в его объятиях. Даже более того, казалось, так правильно, что он держит ее. Клиф наслаждался этими мгновениями, ценил каждую секунду. Он всем сердцем стремился прижаться к ее лицу, поцеловать, но не желал, чтобы Грейс пришла к нему с горечью в душе. Это должно произойти по желанию, по взаимной страсти.

Неожиданно открылась входная дверь, что шокировало их обоих. Грейс отшатнулась от Клифа и резко выдохнула:

— Келли…

Ее младшая дочь вошла в комнату с маленьким Тайлером на руках. В ее глазах сверкали молнии гнева.

— Что он делает здесь? — потребовала ответа она.

— Келли, это Клиф Хардинг — мужчина, с которым я встречалась. Я говорила тебе, — сказала Грейс, быстро приходя в себя.

Она поднялась с дивана и склонилась к внуку. Маленький Тайлер спал.

— Ваша мать пригласила меня на обед, — добавил Клиф, давая понять, что он появился здесь не без причины.

Келли оставалась напряженной, стояла и смотрела на них обоих.

— Милая, пожалуйста, садись. — Грейс оставалась спокойной, хотя было очевидно, что ее дочь в ярости.

Келли сделала так, как сказала мать.

— Почему ты не рассказала мне о Мэрилин?

Грейс вздохнула и отвела глаза:

— Так решила Мэрилин.

— Моя сестра беременна, и я не знаю об этом?

Это было новостью и для Клифа.

— Думаю, тебе стоит говорить об этом с Мэрилин, — произнесла Грейс. — Последнее, что я хочу сделать, — это встать между вами. Только скажу: я не согласна с Мэрилин, но это ее выбор.

— Но тебе она сказала. — Обида Келли была очевидна. — Она не доверяет мне? Она хотела, чтобы я сама догадалась, будто… будто я чужая?

— Прости, но это был выбор твоей сестры, — повторила Грейс.

— Как много человек еще знают? Или я единственная, кто не знает?

— Я догадалась о ее беременности, — признала Грейс. — Она не сказала мне по собственной воле.

Клиф видел, что Грейс и ее дочери надо поговорить.

— Я, пожалуй, уйду на некоторое время? — сказал он, вставая.

Грейс дотронулась до его руки и посмотрела в глаза.

— Ты вернешься?

— Если хочешь.

— Дай нам час, — попросила она.

Клиф кивнул и, попрощавшись с Келли, направился к двери. Он не успел пройти и половину пути, когда услышал, как Келли накинулась на мать.

— Как ты можешь встречаться с ним?! — кричала дочь. — Мы не знаем, что случилось с папой, а ты уже нашла себе нового парня. Не могу поверить, что ты так поступаешь. Сначала Мэрилин не говорит мне о беременности, а потом я узнаю, что и у матери есть несколько секретов. Что случилось с нашей семьей? Все пошло неправильно с той минуты, как исчез папа. Все!

А затем Келли, похоже, разрыдалась.

Днем в субботу Оливия стояла у главного выхода в аэропорту Сиэтла, ожидая прибытия брата. Она кинула взгляд на часы — самолет Уилла должен приземлиться в три часа, и у нее еще масса времени. После семи телефонных разговоров было решено, что он прилетит на операцию матери, назначенную на следующее утро.

У Оливии были хорошие отношения со старшим братом. Они часто перезванивались все эти годы, и он проявил желание выслушать ее в то ужасное лето восемьдесят шестого года. Уилл, так же как и Оливия, был шокирован тем, что Стэн женился во второй раз так быстро после развода. Позже брат и сестра стали общаться не так часто.

Они переписывались по электронной почте, но обычно эти письма содержали мало личной информации.

Рак Шарлоты потряс Оливию. Ее мать всегда была здоровой, энергичной и сильной. Последние несколько месяцев болезнь матери прогрессировала на ее глазах. Она была так занята собственной жизнью, что не осознала всю серьезность происходящего и списала растущую слабость матери на возраст.

Точно в то время, когда его ожидали, через секцию безопасности прошел Уилл. Он остановился и огляделся. Увидев сестру, раскрыл руки для объятий.