Грейс Шерман рассказала Джеку о приближающемся дне рождения Оливии, и он был благодарен ей за это. Именно такого случая он ждал. Стремясь показать, насколько дорожит ею, Джек долго и усердно искал идеальный подарок. Он хотел найти то, что донесет до Оливии послание его сердца. Нечто такое, что подходит женщине утонченной, но такой простой и близкой. Бриллиантовый браслет показался ему именно таким подарком.

Выбрав чистую рубашку, Джек взял в руки серую бархатную коробочку и полюбовался браслетом. Джек никогда не покупал вещей настолько прекрасных, даже для своей бывшей жены. Главное для него была не цена, а качество украшения, и ювелир скинул десять процентов, когда понял, что Джек хочет купить браслет, а не проявляет ленивый интерес. В том, чтобы быть практичным, нет ничего плохого, подумал Джек. Оставшиеся деньги пойдут на ужин в «Капитанской галере». Джек получал удовольствие, представляя себе реакцию Оливии, когда она откроет коробочку. Теперь, уже запаковав ее во второй раз, Джек захотел вновь убедиться, что браслет такой же прекрасный, каким он его помнил. И Джек вновь распаковал коробочку, чтобы еще разок взглянуть на украшение.

Посвистывая, он закончил одеваться. Кровь стучала в висках при мысли об Оливии, лежащей в его объятиях.

Внезапно со стороны гостиной раздался какой-то звук. Джек выглянул из двери спальни:

— Здесь кто-то есть?

Никакого ответа.

Джек нахмурился и в последний раз посмотрел на свое отражение.

— Пап?

Джек застыл. Сын здесь? Сейчас?

— Эрик?

Джек вышел из спальни и обнаружил своего двадцатишестилетнего сына, стоящего посреди гостиной с чемоданом в руке.

— Ты куда-то собирался? — спросил Эрик.

— У меня еще есть время, — заверил его Джек.

Сын выглядел ужасно: бледное лицо искажено болью, плечи ссутулены, в каждой линии тела читалось страдание.

— Что случилось?

Эрик в ответ пожал плечами. Но Джек по опыту знал, что только женщина способна довести мужчину до такого состояния.

— Вы поссорились с Шелли?

— Можно сказать и так.

В ответной улыбке Эрика полностью отсутствовало веселье.

Взглянув на чемодан в руке сына, Джек догадался, что дело не в обычных разногласиях.

— Она выгнала тебя?

Эрик кивнул, после чего опустился на диван и грустно посмотрел на Джека:

— У тебя есть время поговорить, пап?

Отношения Джека с сыном только-только стали налаживаться. Практически всю жизнь Эрик жил с матерью. Даже когда Джек перестал пить, сын отвергал все попытки, которые предпринимал отец, чтобы наладить отношения. В этом году весной Эрик в первый раз согласился встретиться с отцом. Боясь сказать или сделать нечто такое, что расстроило бы сына, Джек пригласил с собой Оливию. Они втроем поужинали в ресторане в Сиэтле. Ободренные успехом, Джек и Эрик стали встречаться почти каждый месяц.

Джек был так рад увидеться со своим единственным сыном и не хотел разрушить хрупкий мостик, который пролег между ними.

— Конечно, у меня есть время. Скажи, что случилось.

Джек присел напротив сына, наклоняясь вперед, чтобы Эрик знал — ему на самом деле интересно и он обеспокоен судьбой сына.

— Все дело в Шелли и ее беременности, — пробормотал Эрик.

Джек и сам догадался, но не сказал ни слова.

— Ребенок просто не может быть моим. Я сказал ей это, и она взорвалась. Кричала, если я всерьез думаю, что она забеременела от кого-то другого, то должен убраться из ее жизни.

— Она погорячилась, — пробормотал Джек. — Женщины говорят так, когда расстроены.

— Она была достаточно уверена, чтобы выкинуть меня из квартиры.

«Вот и вся твоя мудрость», — подумал Джек, ругая себя за то, что не может быть лучшим советчиком в таких вопросах. Эрик выглядел так, будто собирался заплакать.

— Так и сказала, что больше никогда не желает меня видеть.

— Вероятно, так и было в тот момент, когда слова слетали с ее губ. Но позже, уверен, она изменит свою точку зрения. — Джек сам подивился своему красноречию. — И попросит тебя вернуться домой.

— Надеюсь, что она сделает это, — решительно произнес Эрик. — Квартира снята на мое имя, но я не хочу, чтобы Шелли переезжала. Она может там жить, если захочет.

— А ты? Куда пойдешь ты?

Эрик помедлил, а затем посмотрел на отца:

— Ты не будешь возражать, если я останусь у тебя? Всего лишь на некоторое время.

— У меня? — эхом отозвался Джек и сразу же оживился: — Конечно, у меня! Думаю, мы не помешаем друг другу, ведь это всего на несколько дней.

Вот вам и романтические вечера с Оливией!

— Вероятно, это ненадолго. — В голосе Эрика звучала надежда.

— Конечно, — согласился Джек, пытаясь говорить уверенно. — Думаю, Шелли позвонит завтра и попросит тебя вернуться домой.

— Ты так думаешь? — Глаза Эрика заблестели.

— Уверен.

Эрик покачал головой. Выражение его лица оставалось мрачным.

— Я сомневаюсь, пап. Во-первых, я не сказал ей, что поеду сюда, а во-вторых… — Он замолчал, потирая лицо. — Думаешь, доктора могли ошибиться?

Мольба в голосе сына причиняла боль.