Норман затянул узел галстука и вышел из ванной. Мама была в своей комнате, снова сидела возле окна. Сказать ей что-либо или не стоит? Нет, лучше не надо. Может начаться спор, а он пока еще не готов к этому. Пусть сидит и смотрит, если ей так нравится. Бедная больная пожилая леди, прикованная к этому дому. Пусть видит мир хотя бы из окна.

Сейчас, конечно, он рассуждал как ребенок. Но Норман был готов на такой компромисс; главное, чтобы он продолжал вести себя как здравомыслящий мужчина и не забывал запирать все двери, когда покидал дом.

Всю прошлую неделю он запирал их, и это дало ему новое ощущение защищенности от любых неприятностей. Он отобрал у Мамы ключи от дома и мотеля. Покидая дом, он знал, что она никак не сможет выбраться из своей комнаты. Она могла ничего не бояться, сидя в доме, а он — работая в мотеле. Пока он соблюдает все предосторожности, повторения того, что случилось на прошлой неделе, не будет. Он ведь делает это для ее же блага. Лучше сидеть взаперти дома, чем в психбольнице.

Норман пошел вниз по дорожке, зашел за угол и добрался до своей конторы как раз в тот момент, когда подъехал грузовик, раз в неделю развозивший чистое белье. Он уже все приготовил. Принял свежую смену и отдал в стирку грязное белье. Теперь они брали не только полотенца, но и простыни с наволочками. Очень удобно. В нынешние времена содержать мотель стало проще простого.

Когда грузовик уехал, Норман принялся за уборку четвертого номера — какой-то коммивояжер из Иллинойса заехал рано утром. Оставил после себя беспорядок, как обычно. Окурки на краю раковины, журнал на полу возле унитаза. Одно из этих научно-фантастических изданий. Норман, хихикая, подобрал его. Научная фантастика! Если бы они только знали…

Но, конечно, никто не знал. И никогда никто не узнает, нельзя, чтобы это узнали. Надо соблюдать все предосторожности насчет Мамы, и не будет никакого риска. Он должен охранять ее от людей, а людей — от нее. Случившееся на прошлой неделе лишь подтвердило это. Теперь он всегда будет очень внимательным и осторожным. Чтобы никому не угрожала опасность.

Норман вернулся в контору и оставил там лишнее белье. Он уже все сменил во всех номерах. Все готово к приему посетителей, если таковые появятся.

Но до четырех часов никто не появился. Он сидел за столом и смотрел на дорогу, так что под конец весь извертелся от скуки. Чуть было не решился немножко выпить, но потом вспомнил, что после того дня твердо обещал себе — ни капли спиртного. Он не мог себе позволить выпить, даже совсем капельку. Всякий раз, когда что-то случалось, не обходилось без спиртного. Спиртное убило дядю Джо Консидайна. Спиртное было косвенной причиной гибели девушки. Поэтому с того самого дня он стал трезвенником. Но выпить сейчас совсем не помешало бы. Всего одну…

Норман все еще колебался, когда по дорожке прошуршали шины. Номерной знак Алабамы. Супружеская пара средних лет. Они вышли из машины, подошли к конторе. Мужчина был лысым, носил толстые очки в темной оправе. Женщина — очень полная, вся покрытая потом. Норман показал им номер первый, в противоположном конце здания; десять долларов за двоих. Женщина визгливым жеманным голосом пожаловалась на духоту, но, кажется, успокоилась, когда Норман включил вентилятор. Мужчина притащил чемоданы и расписался в журнале регистрации. Мистер и миссис Герман Притцлер, Бирмингем, Алабама.Это были обычные туристы, с ними не будет никаких проблем.

Норман снова сел, машинально листая страницы подобранного в номере научно-фантастического журнала. Вокруг был полумрак; теперь уже, наверное, около пяти. Он включил лампу.

На дорожке показалась еще одна машина; кроме водителя, в ней никого не было. Наверное, еще один коммивояжер. Зеленый «бьюик», техасский номерной знак.

Техасский номерной знак!Та девушка, Джейн Уилсон, тоже приехала из Техаса!

Норман резко поднялся и подошел к стойке. Он увидел, как человек выходит из машины, услышал, как шуршит гравий под его ногами, и звуки приближавшихся шагов эхом отдавались в его сердце.

Просто совпадение, сказал он себе. Каждый день к нам приезжают из Техаса. Алабама ведь еще дальше отсюда.

Мужчина вошел в мотель. Высокий, худой, на голове серый стетсон с широкими полями, закрывавшими верхнюю часть лица. Несмотря на густую щетину, видно, что лицо покрыто загаром.

— Добрый вечер, — произнес он, почти не растягивая слова на техасский манер.

— Добрый вечер. — Норман, наполовину скрытый стойкой, в замешательстве переступил с ноги на ногу.

— Вы хозяин?

— Да, я. Хотите снять комнату?

— Не совсем так. Мне надо выяснить кое-что.

— Буду рад помочь, если смогу. Что вы хотите знать?

— Я пытаюсь разыскать одну девушку.

Норман конвульсивно сжал пальцы. Он не чувствовал их, они онемели. Он весь онемел, с ног до головы. Биение сердца больше не отдавалось в ушах, — кажется, оно вообще перестало биться. Стало очень тихо. Если он закричит, все пропало.

— Ее зовут Крейн, — продолжал мужчина, — Мэри Крейн. Из Форт-Уэрта, Техас. Я хотел бы знать, не зарегистрировалась ли она у вас.