Он несколько удивленно посмотрел на мою побледневшую руку, удерживавшую коммуникатор. Вряд ли я смогла бы выполнить свою угрозу, поскольку мои пальцы меня не слушались, но я в любом случае должна была убедить его в моей решимости пойти на такой шаг.

– Мы покидаем ваш корабль, сэр. Сожалею, что вы действительно уверены в том, что ваша система станет благом для всей галактики и что вам удастся сохранить ее первозданный вид, но все же, я не шучу. Я хорошо понимаю, куда вы клоните, и выполню свою угрозу, если меня вынудят к этому. Я слишком молода и напугана и могу случайно нажать эту кнопку.

В моем голосе слышалась доселе незнакомая мне решимость. Риттенхауз, наверное, тоже почувствовал эту метаморфозу. В тот момент мне явно не хватало телепатических свойств вулканцев, потому что он отвел свой взгляд в сторону и стал думать о чем-то, неведомом мне, а моя интуиция здесь была бессильна. Вице-адмирал ответил:

– Неужели вы пойдете на это? Хорошо, лейтенант. Пусть этот блеф останется на вашей совести. Отправляйтесь. Забирайтесь в свое насекомое и убирайтесь прочь.

Почти шепотом он добавил:

– Мы достанем вас уже в космосе.

– Скеннер, – отрывисто скомандовала я. За моей спиной шаги перешли в бег по направлению к ангарам. Через несколько мгновений одноместный истребитель Тико уже выходил на стартовую позицию. Я не отводила глаз от Риттенхауза.

– Мэрит, садитесь туда вместе со Скеннером. Пусть он изо всех сил держится у меня на хвосте.

Она кивнула, и истребитель Тико тихонько заскрипел и закачался, когда доктор забиралась в его кабинку. Сарда, будто прочитав мои мысли, залез в «Деревянную Туфлю» и запустил двигатель.

– Вперед, Пайпер, – совершенно серьезно произнес Ритгенхауз, без всякой насмешки.

Маска на его лице, скрывающая намерения вице-адмирала, давала ему преимущество во времени, чтобы тихонько подобраться к своей жертве.

Я медленно отступила. Влезть в кабинку истребителя, не отводя при этом взгляда от Ритгенхауза, было довольно непросто, однако, забравшись внутрь, уже чувствовала себя в безопасности по отношению к залпам из ручных фазеров, для которых корпус «Деревянной Туфли» был непроницаем.

Теперь мы сидели там уже вдвоем с Сардой.

– Вице-адмирал и его люди покидают палубу ангаров, – сообщил он мне, стараясь перекричать гул двигателя.

– Команда на декомпрессию.

Мои слова несколько запоздали, поскольку он уже передавал этот приказ на панель управления взлетом.

– Конечно, они откроют по нам огонь сразу же, как только мы оторвемся от их корабля. Помните, что, несмотря на старания мистера Скотта, у них еще остается в запасе два полных фазерных залпа.

– Я не собираюсь делать из нашего челнока удобную мишень. У нас тоже есть преимущество – небольшие размеры. Только бы Скеннеру удалось удержаться у нас на хвосте.

– Я составил и заложил в компьютер траекторию нашего ухода от их корабля по прямой. Это наиболее логичный путь бегства.

– Да… Именно поэтому будем искать другой способ.

– У нашего челнока совершенно нет системы защитных экранов. Наши шансы очень малы.

Я посмотрела на него с такой злостью, что он сразу же замолчал.

– Никогда не говорите мне таких вещей.

– Можно сделать предложение?

– Да, пожалуйста.

– Если вы положите куда-нибудь свой коммуникатор, то вам будет легче управлять челноком.

– О да… вы правы.

Я ощутила прохладу рычагов управления. Истребитель уже оторвался от палубы и парил, слегка качаясь из стороны в сторону за счет работы стабилизирующих двигателей. За нашими спинами Тико отошел немного вбок, чтобы высокотемпературные потоки из заднего двигателя не опалили его обшивку. В окошко обзора на корме я прочитала полностью его имя «Полливог». Скеннер был тоже готов.

– О'кей, – прошептала я, повернув рукоятку управления скоростью, и передо мной открылись бескрайние просторы космоса.

– Вот и свобода.

На Проксиме живут акулы с шестью парами жаберных крышек и пятнистой шкурой, напоминающей леопардовую. В воде она искрится, словно усыпанная жемчугом. Все озера и океаны на Проксиме отсвечивают зеленым в лучах мутноватого местного солнца, и стаи этих акул – отголосок доисторического прошлого на Земле – кочуют в солоноватых водах, не тревожимые никем и ничем. Вдоль осевой линии их тела облеплены рыбками-санитарами, обсасывающими толстую кожу своих хозяев, находя себе этим пропитание и одновременно освобождая акул от паразитов.