Шрифт:
Без десяти три они выстроились на пирсе. Тетя Альма с тетей Мартой нарядились для города в пальто и шляпки. Тетя Марта даже надела кружевные перчатки. Нелли с Эльзой были в светлых гольфах, а на шее Йона красовался галстук-бабочка.
– Ой-ой-ой, - хмыкнул шкипер, когда они поднялись на борт парохода.
– В таком наряде вас, верно, позвали на ужин в королевскую резиденцию?
– Мы едем на праздник, - отбрила его тетя Марта.
Никогда она не посмеется, не пошутит, как другие люди! Нелли посочувствовала Штеффи: попала, бедная, к тете Марте, а не к тете Альме. А если бы Нелли стала приемным ребенком тети Марты? Нет, все же ей повезло!
Детям разрешили остаться на палубе: погода была чудесная. Тетушки сидели в салоне. Эльза с Йоном носились взад-вперед и кричали друг другу:
– Смотри! Иди сюда!
Нелли считала себя уже взрослой для такого ребячества. Она облокотилась на перила и смотрела, как проплывают за бортом острова и скалы.
В первый раз, когда она ехала на остров, Штеффи обещала, что там будут пальмы и песчаные пляжи, тенты от солнца и продавцы мороженого. Некоторое время Нелли сердилась на Штеффи за обман, потом поняла, что о том месте, куда они направлялись, сестра знала не больше нее самой.
Пароход пристал к Деревянному пирсу. Нелли огляделась. Она не была в Гётеборге с октября. В тот раз они с тетей Альмой ездили за новым зимним пальто.
Вокруг толпилось много людей, и было очень шумно. В Гётеборге Нелли всегда чувствовала себя скованно.
Они доехали на трамвае до остановки Кунгспортсплатсен и перешли площадь Кунгсторьет. Рыночная торговля шла полным ходом, правда, свежих овощей было еще мало. На прилавках громоздились горы прошлогоднего картофеля, моркови, брюквы и пастернака. В корзинах лежали темные и белые яйца.
Старушка продавала букетики ландышей.
– Ландыши!
– обрадовалась тетя Альма.
– Так рано! Чувствуете, как пахнут?
Нелли с Эльзой вдохнули цветочный аромат. Тетя Марта поджала губы. Она считала покупку цветов ненужной роскошью.
– Сколько стоит?
– Пятьдесят эре, - ответила старушка.
Улыбка сошла с лица тети Альмы.
– Так дорого? Нет, спасибо, не надо.
Сначала они зашли в обувной магазин. Йон примерил три пары, прежде чем тетя Альма осталась довольна и расплатилась, достав из кошелька деньги и талоны [ 5 ] .
5
Во время войны и после ее окончания, в условиях дефицита, многие товары распределялись по карточкам (талонам).
Затем пришла очередь девочек. Тетя Альма знала неплохой магазин тканей на Корсгатан.
Едва Нелли вошла в магазин, она увидела ткань, о которой мечтала. Конечно, не подсолнухи, но тоже красиво: мелкие желтые бутоны на белом фоне. Там и сям бутоны были собраны в маленькие букетики.
Но тетя Альма прямиком направилась к другой полке, где лежала ткань в крапинку разных цветов: красного, голубого, зеленого, розового.
– Может, вот эти, - сказала она.
– Красный - для Нелли, голубой - для Эльзы. Или ты, Нелли, хочешь розовый?
Если Нелли в присутствии тети Марты объявит, что не хочет платье в крапинку, тетя Марта обязательно покажет всем своим видом, что Нелли избаловали. Или даже произнесет это вслух, да так, чтобы и продавец услышал.
– Не знаю, - пробормотала Нелли, чтобы выиграть время.
Тетя Альма взяла розовый рулон и приложила ткань к лицу Нелли.
– Ну, как?
– спросила она у тети Марты и у продавца.
Тетя Марта сняла перчатку с правой руки и пощупала ткань. Затем кивнула.
– Розовый цвет освежает, - сказал продавец.
– Дешевая и качественная ткань. С вискозой. Два семьдесят пять за метр.
– Ну как, девочки, берем?
– спросила тетя Альма.
– Да, спасибо, - ответила Эльза. Она любила все голубое.
– По полтора метра каждой, - сказала тетя Альма.
Продавец принялся разматывать рулон голубой ткани и отмерять линейкой нужную длину.
Пора. Иначе будет поздно.
– Тетя Альма?
– Да?
– Мне не очень нравится розовый цвет.
– Хочешь красный?
– Нет.
Тетя Марта неодобрительно посмотрела на Нелли.
– Какой же цвет тебе нравится? Зеленый?
– Желтый, - прошептала она.
– Желтый? Но желтого нет.
– На другой полке. Вон там.
Продавец отрезал ткань для Эльзы и свернул ее. Теперь он принялся разворачивать на прилавке розовый рулон.
– Минуточку, - сказала тетя Альма.
– Какая ткань, Нелли?
Нелли показала.
– Вот эта.
– Эта стоит девять крон за метр, - сказал продавец.
– Хлопчатобумажный сатин, самого высокого качества.
Все замерли, словно в замке Спящей красавицы, когда принцесса укололась веретеном. Продавец держал в одной руке ткань, в другой - линейку. Тетя Марта собралась снять перчатку, но застыла на месте. Эльза молча смотрела на тетю Альму. Один Йон ничего не заметил. Он был занят: завязывал и развязывал шнурки на новых ботинках.