Шрифт:
А вдруг папа не приедет? Он мог умереть. Вот уже два года от него не было писем. Когда она спрашивала Штеффи, где папа, та давала странный ответ:
– Думаю, в Польше. В другом лагере. Нет, оттуда нельзя писать. Нет, я не знаю почему. Но у папы все хорошо, не беспокойся.
Нелли знала, что от нее что-то скрывают - Штеффи, тетя Альма и все остальные. Последние недели тетя Альма прятала от нее газеты. Иногда выключала радио прямо посреди программы новостей.
Все считают ее ребенком. Думают, что она ничего не понимает.
Нелли знала, что в Германии и Польше творятся страшные вещи. Настолько страшные, что ей нельзя этого знать. Она слышала слова: концентрационные лагеря, марши смерти.
Весенний вечер был светел. И все же Нелли казалось, что в сумраке скользят бесформенные тени. Они пугали ее. Но звать на помощь и кричать, что боишься темноты, не годится, ведь она уже взрослая.
Нужно думать о чем-то другом.
Завтра после обеда они поплывут на пароходе в Гётеборг: тетя Марта, тетя Альма, Эльза, Йон и Нелли. Сначала зайдут в обувной магазин и купят Йону новые ботинки. Затем - девочкам ткань на платье к выпускным экзаменам.
Нелли хотелось купить ткань с подсолнухами. Такое платье было в прошлом году на одной приезжей даме. Такой красоты Нелли не видела никогда. Крупные желтые цветки ярко выделялись на белом фоне.
Нелли представила, как она будет стоять в церкви с распущенными волосами, в платье с подсолнухами и петь! Если с вечера заплести из влажных волос много-много тугих косичек, волосы станут волнистыми, как у ангела.
Но тетя Альма не захочет покупать такую ткань.
– Слишком вычурно, - скажет она.
– Возьмем эту, она лучше подходит.
И вместо золотых подсолнухов будет красный горошек или зеленая полоска.
Затем наступит самое прекрасное. В восемь часов они пойдут на площадь Гёта, на праздник. Будут речи и фейерверк. Наверняка Штеффи тоже придет туда. После парада они все переночуют у родственников тети Альмы в Гётеборге. Будет тесно, но на одну ночь это не страшно, так сказала тетя Альма. А вдруг Нелли отпустят к Штеффи, и она переночует у сестры? Они будут спать в одной кровати, как иногда спали у тети Марты, пока Штеффи не уехала в Гётеборг.
Нелли захотелось, чтобы Штеффи прямо сейчас оказалась рядом. Чтобы не было так одиноко. Эльза не в счет, она только дрыхнет и сопит.
Марши смерти.
Что рассказывала фрекен Бергстрём на уроке истории?
«Тысячи... умирали от лишений во время долгих переходов. Голод, холод, болезни...»
Но ведь это была другая война, давным-давно.
И ткань с желтыми подсолнухами.
«Завтра станет легче», - успела подумать Нелли и наконец заснула.
Глава 6
– Ты уедешь домой?
– на следующее утро спросила Соня, когда они играли в школьном дворе.
– Я имею в виду, в Вену?
Было заметно, что она долго размышляла над этим; ее лицо было серьезным, а голос слегка неуверенным.
– Наверное, - ответила Нелли.
– Не знаю.
– Не уезжай, - попросила Соня.
– Мне будет так скучно! Ты же не уедешь до экзаменов? А то кто будет петь соло?
Нет, до экзаменов она не уедет. Теперь, при свете дня, ее вчерашние мысли казались далекими. К чему беспокоиться о будущем? Впереди столько событий: поездка в Гётеборг, экзамены, летние каникулы...
Сегодня фрекен Бергстрём на всех уроках говорила об окончании войны. Она показала на карте Европы, как армии союзников наступали с востока, запада и юга, как были освобождены Польша, Чехословакия, Франция, Голландия, Дания, Италия, Австрия. Как один за другим пали немецкие города: Ганновер, Лейпциг, Нюрнберг и, наконец, Берлин. Она рассказала, как Гитлер совершил самоубийство в своем бункере, и прочитала вслух сообщение из газеты о капитуляции Германии.
Они пели норвежские и датские гимны, рисовали бумажные флажки и украшали ими класс.
– Хочешь нарисовать австрийский флаг?
– спросила фрекен Бергстрём.
Нелли покачала головой. Она забыла, как выглядит флаг Австрии.
День в школе пролетел непривычно быстро. Когда уроки закончились, Нелли со всех ног бросилась домой. Ей хотелось поскорее отправиться в порт, но тетя Альма остудила ее пыл:
– Пароход отплывает в три. Ты еще успеешь съесть бутерброд и умыться.