— Подсматриваешь! — возликовала я. — Ах ты, извращенец!

— А что еще делать тоскливыми вечерами? — огрызнулся он. — Ты думаешь, они там, сверху, тоже безгрешные? Тоже подсматривают, еще как. Просто у них дел больше, к ним в молитвах все же чаще обращаются. Хотя я тоже… ведь у меня своя секта была.

— Да, да, они из-за твоего нежелания жениться вымерли, — кивнула я.

Ёшка разозлился, взмахнул когтистой лапой, и врата оказались ко мне так близко, что на мои пятки повеяло жаром, исходящим из королевства мертвых.

— Нет! — стиснув зубы, прорычала я. — Я не сдамся!

— Давай, умирай уже, — поторопил Ёшка. — За что ты цепляешься?

Пол вдруг наклонился, и я медленно начала въезжать в врата.

Я раньше никогда не боролась за свою жизнь. Я плыла по течению туда, куда оно меня выносило, лишь изредка делая ленивые движения, чтобы не прибило к берегу. Я хотела поступить в Университет, чтобы получить высшее магическое образование. Но сдалась, как только увидела, каких трудов стоит сдать экзамены на желанный факультет, и поступила туда, где было легче всего. Я противостояла обижавшим меня старшекурсникам, но только потому, что профессоров, которые могли ругать за опоздания на лекции, боялась больше. Я выбрала профессию, но только потому, что на этом настояла гномья родня моего лучшего друга, которая даже нашла мне репетитора. Я вышла замуж, но, если говорить откровенно, делала ли я что-то, чтобы завоевать или удержать Иргу? Нет, он упал на меня, как яблоко с дерева на спящего под ним крестьянина. Даже экспедицию по спасению моего мужа организовала не я, а Отто, который вполне мог ограничиться простым сочувствием.

Моя жизнь была легкой и никчемной. Моя душа спала мирным сном, только иногда ворочаясь. Я не тратила душевных сил ни на любовь к родным, у которых появлялась время от времени, чтобы только наесться, никогда не интересуясь их жизнью и проблемами. А я ведь им нужна. Я — дочь и сестра, а не просто нахлебник! Я не тратила много сил на учебу, занимаясь тем, что давалось мне легко. Я не тратила сил даже на любимого человека, не испытывая никогда желания просто сесть и заглянуть ему в душу.

Неужели я так и умру бабочкой-однодневкой?

Нет.

Нет.

Я буду жить, что бы там ни говорили всякие демоны, пусть даже и высшие.

Ради меня Ирга преодолел смертельное заклятие. Уверена, он боялся, что, умерев, не сможет за мной присматривать, и я обязательно куда-нибудь вляпаюсь.

Ради меня Отто пошел на самую большую для гнома жертву — потратил большую сумму на организацию спасательной операции и, не задумываясь, рисковал жизнью. Даже полумертвый от ран и усталости, он вытащил меня из подвала после встречи с демоном.

Ради моей затеи — какие бы еще причины ими ни руководили — Живко, Рон, Трохим и Варсоня согласились рисковать своими жизнями.

Ради меня Беф пошел на противостояние с ректором, не боясь потерять работу, только чтобы уговорить архимагов меня спасти.

Моя мама меня любит. Мои сестры меня любят. Даже моя крошечная племянница — и та улыбается, когда меня видит.

Мой папа ждет, когда я рожу ему внука. Придется его разочаровать.

А для этого мне нужно жить.

И я буду жить.

— Я хочу жить! — закричала я, наконец-то поняв, какая пропасть лежит между «я не хочу умирать» и «я хочу жить».

— Да за что ты цепляешься?! — заорал демон.

Внезапно выяснилось, что я держусь за огромный якорь, который медленно, но уверенно тащит меня куда-то наверх.

— Плохо быть демоном, — с горечью сказал мне вслед Ёшка. — Даже ругнуться некем. Но ничего, мы еще увидимся…

Боль пронзила меня насквозь, как червяк прогрызает сладкое яблоко. Я открыла глаза и увидела перед собой чудовище: бледная кожа, глаза с яркими красными бликами, ярко-алый рот с рядами острых белых зубов, длинные уши и абсолютно лысый череп, на котором танцевали зловещий танец тени.

— А-а-а… — прохрипела я, проваливаясь обратно. Да что же это такое! Из огня да в полымя? Стоило избавляться от Ёшки, чтобы попасть в руки вампиру!

— Привет! — радостно воскликнул Ёшка. — Вернулась? Я же говорил, что увидимся. Иди ко мне, моя девочка, у дяди демона тепло и уютно…

— Отстань, противный, — сказала я, чувствуя, как меня поднимают чьи-то ласковые руки.

— Ола, милая, открой глаза, — прошептал мне на ухо голос, немного растягивая гласные. Тот самый голос, от которого у меня всегда бежали мурашки по спине. — Это я, Ирга.

Он прикоснулся к моим губам, словно пытался вдохнуть в меня жизнь.

Я открыла один глаз и, удостоверившись, что передо мной действительно лицо некроманта, освещенное магическими огоньками, открыла второй.

— А где чудовище? — прошептала я.

— Больше не будет никаких чудовищ, — ласково заверил Ирга. — Я с тобой. Теперь ни одно чудовище не посмеет обидеть мою милую.

— Обещаешь? — спросила я.

— Обещаю, — клятвенно заверил меня муж.

Я попыталась пошевелить конечностями, и, хоть и с трудом, мне это удалось. Поддерживаемая Иргой, я медленно села, поморгала, привыкая к свету многочисленных огоньков, и огляделась.