Шрифт:
Пока девочки шли в столовую, где был накрыт ужин, Эл без перерыва мурлыкала себе под нос:
Жил пацан Буратино в поселке
И девчонка Мальвина жила
Воровал он в столярной опилки
Она дочь Карабаса была.
"Эл, что это ты постоянно поешь?" — насторожилась Аня.
"Миледи разве не слышали эту песню? Она прилипчивая, как мед. Наверно уже половина империи только ее и поет".
"Но откуда она взялась?".
"Говорят, что в Мелотауне появились приезжие менестрели. Они ее и поют".
"Аннетик, кажется, я нашла артефакт — радостно воскликнула Аня — Ясно, что это за менестрели и откуда они взялись. Нам надо ехать в Мелотаун".
— 21 —
Попав в незнакомый мир, Дума, Турбо и Хлам моментально превратились из реальных пацанов в типичных лохов. Совершенно потерянные, они бесцельно бродили по дорогам, не ведая, куда идут и зачем. Так они на свою беду забрели в деревню, где лишились всех своих денег. Самое обидное, что развели их самым, что ни на есть пацанским способом. Приятели стояли у колодца и пили необыкновенно вкусную холодную воду, когда к ним подошли два здоровых мужика.
"По какому поводу молодые паны выпивают?" — поинтересовался один из них.
"Мы не выпиваем, мы просто водички попить. Устали просто" — пояснил Дума.
"А что это молодые паны оправдываются?" — заявил первый мужик.
"А кто, молодые паны такие? И из каких мест к нам попали?" — вступил в разговор второй.
"А деньги у молодых панов есть?" — спросил первый.
"Есть. А что?" — растерянно признался Дума.
"А что это молодые паны грубят. Не могут с крестьянами вежливо разговаривать?".
"Грубят и все время оправдываются. А ну покажи деньги" — налетели на приятелей мужики.
"Да не грублю я. Вот деньги" — Дума показал крестьянам две золотые монетки.
Один из мужиков моментально схватил монеты: "Мы их забираем, потому что вы, молодые паны, по жизни полные пустышки, а пустышкам денег не положено".
"Караул, грабят" — закричал Дума.
На крик пришел староста деревни. "Вы зачем молодых панов обижаете?" — строго поинтересовался он у мужиков.
"Мы не обижаем. Они нам сами деньги отдали. Вам, говорят, они реально нужнее. Коровку, говорят, купите или лошадку. А нам, молодым панам, деньги все равно без надобности".
"Зачем тогда кричите, если сами отдали — погрозил пальцем староста — Грабят, это когда сначала долго бьют, а потом все отбирают. А когда сами отдают, а потом кричат, называется нарушением покоя и порядка. За это полагается вас сдать Великому Лорду, а он вас в тюрьму посадит или в каменоломню отправит. Так что идите, молодые паны, подобру-поздорову из нашей деревни и больше не кричите".
Так компания Думы осталась без средств. Приятелям приходилось питаться ягодами и грибами. От этой пищи во рту стоял привкус кислятины, а животы сводило судорогой. Когда постоянное чувство голода стало невыносимым, Дума попробовал в одной из деревень спеть песенку про пацана Буратино. К счастью его гитара последовала в этот мир вместе с хозяином. Выступление неожиданно имело огромный успех, а гонорар в виде большого круга домашней колбасы привел исполнителя в неописуемый восторг.
Выступая в деревнях с концертами и собирая плату провиантом, приятели добрались до Мелотауна. В столице империи артистов ждала вершина успеха. Хозяин лучшего в городе трактира пригласил их выступать в заведение за жилье и питание.
"Слышь, Хлам, меня твой шар реально раздражает — перед выступлением приятели сидели в своей комнате, пили пиво и Дума, как главная звезда шоу, капризничал — У меня такое ощущение, что он на меня смотрит и за мной следит. Ты, Хлам, его выкини лучше, а то я тебя самого выкину".
"Ты че, Дума? Зачем его выкидывать? Смотри, какой он черный и гладкий. Я его продам лучше. Кучу денег выручу".
"Ну, продай тогда. Только чтобы я его больше не видел".
В этот момент в дверь вошел хозяин заведения: "Господа менестрели, вам пора выступать".
"Слышь хозяин, — не на шутку разошелся Дума — почему нам опять пиво кислое принесли? Мы же звезды шоу бизнеса, а не лохи какие-нибудь. Вот возьмем и уйдем к твоим конкурентам. Хозяин трактира, что на соседней улице, обещал, кроме пива еще по медяку доплачивать".
"Господа менестрели, я по серебряному буду доплачивать, только начните выступление. Народ внизу волнуется, вас просит".
"Добрый я слишком" — проворчал Дума и, взяв гитару, начал спускаться в зал заведения. Его приятели последовали за ним. Появление артистов было встречено громом аплодисментов.
"Многоуважаемые паны и их мадамы, вас приветствует вокально-инструментальный ансамбль "Бирюлевские трубадуры" — объявил Турбо и Дума взял первый аккорд. Через минуту нестройный хор пьяных голосов выводил: