Дверь открылась. Я вздрогнула и оглянулась. На пороге стоял Рори. Вид у него был угрожающий. Я отшатнулась от Финна, но потом подумала, а почему, собственно, после того как Рори со мной обошелся?

— Я думала, ты придешь попозже, — пролепетала я.

— Оно и видно. Мне вас оставитъ?

— Не говори глупостей. У Финна сейчас обход.

— Я с удовольствием останусь, если ты считаешь, что нуждаешься в защите, — сказал Финн.

Сжав зубы, Рори выступил на середину палаты. На щеке у него задергался мускул.

Прежде чем он успел что-либо сказать, я возразила:

— Спасибо, я вполне в состоянии о себе позаботиться.

Рори не сводил с Финна разъяренного взгляда, пока тот не вышел.

— Если ты не хочешь, чтобы я из него вышиб дух, постарайся с ним больше не нежничать, ладно?

— Ладно. Только, откровенно говоря, это глупо с твоей стороны. Такое бешенство можно оправдать только ревностью, но, поскольку ты сам сказал, что меня не любишь, при чем тут ревность?

— Я защищаю свою собственность, — сказал Рори.

— И потом он вовсе не нежничал. Он успокаивал меня. Я очень расстроена из-за ребенка.

Подойдя ко мне, Рори протянул руки.

— Это я должен тебя успокаивать, — сказал он мягко.

В ужасе от него отшатнувшись, я заплакала.

— Перестань ради Бога, — рявкнул он.

— У меня нет сил ссориться, — простонала я.

Он прошел по комнате.

— Здесь ужасно, — сказал он. — Тебе пора домой.

— Нет! — зарыдала я. — Я была очень больна. Финн говорит, что домой мне еще рано!

Вечером я попыталась читать бастеровский роман, пока девочка в соседней палате рожала. Я зажимала себе уши, чтобы не слышать ее вопли и уговоры ее мужа. Наконец до меня донесся звонкий крик новорожденного младенца.

Когда позже, по дороге в туалет, я встретила в коридоре ее мужа, слезы лились у него по лицу.

— Все хорошо? — спросила я.

Он кивнул.

— Она просто чудо, и ребенок здоров. Мальчик. Мы хотим назвать его Финн, в честь доктора Маклина.

— Хотите виски? — спросила я.

— Не отказался бы от капельки.

Я привела его к себе и достала бутылку витаминной настойки. Час спустя мы сидели у меня на кровати, вдрызг пьяные, и покатывались со смеху над отрывками из бастеровского романа. За этим нас застала сестра Маккеллан. Она ужаснулась.

Хихикая, я скрылась в туалете. Я чувствовала себя очень странно.

— По крайней мере, мне это хоть румянца прибавило, — сказала я сама себе, разглядывая в зеркале свое раскрасневшееся лицо с лихорадочно блестевшими глазами.

Выходя из туалета, я столкнулась с Финном. В коридоре никого не было видно.

— Привет, дорогой, — прошептала я.

— Чем вы тут занимаетесь? Сестра Маккеллан рассказывает ужасные истории о пьяных оргиях.

Я захохотала, рухнув на него.

— Ты напилась? — удивился он.

— На пустой желудок. И меня пробрало до кончиков пальцев. Я праздновала рождение Финна Второго и читала порнуху. Так что я настроена на секс.

Финн попытался принять строгий вид, но не выдержал и рассмеялся. Я обняла его за шею и поцеловала. После минутного колебания он ответил мне долгим поцелуем, пока кровь не застучала у меня в висках и я не почувствовала слабость в ногах.

— Я хочу тебя, — бормотала я.

— А я чего хочу, как ты думаешь?

В соседней комнате пронзительно зазвонил телефон.

— Мне лучше подойти, — сказал он. — Мы с тобой потом займемся.

— Ты в сердце моем, ты со мной навсегда, — напевала я, нетвердыми шагами тащась по коридору и налетев в конце концов прямо на стоявшего в тени Рори. Он, должно быть, все видел.

— Боже мой, — проговорила я изумленно, отступая.

Он схватил меня за руку и крепко сжал.

— Ты, лживая тварь, — прошипел он. — Тоже мне нашлась, «дама с камелиями». Ей, видите ли, так плохо, что она с постели подняться не может. Все дело в том, с чьей постели? Доктор Маклин ее не отпускает! Еще бы он тебя отпустил! Вы с ним спелись, ведь так, говори, так? — заорал он.

Я оглядывалась вокруг, из какого бы окна выскочить.

— Ты не понимаешь, — пробормотала я.

— Понимаю, детка, очень даже хорошо понимаю.

Все это становилось невыносимо. Я заставила себя взглянуть на него. Он никогда еще не был в такой ярости.

— Сегодня же отправишься домой, — сказал он, — пока ты еще до чего-нибудь не додумалась.

В этот момент в коридор вышел Финн. Я думала, что они снова схватятся между собой, но я ошибалась. Финн был озабочен другим.

— У входа в гавань взорвался танкер, — сказал он. — Пострадавших доставляют на берег в шлюпках. У большинства ожоги второй и третьей степени.