— Блещет остроумием, как всегда. — Рори зажег одну сигарету от другой, рука у него дрожала.

— Вам нравятся шотландские танцы, Эмили? — спросила Марина.

— Когда я выпью, мне любые танцы нравятся, — сказала я, допивая стакан.

Мы сели за ужин.

С фамильных портретов на нас смотрели предки хозяев. Огонь свечей играл на полированных панелях стен, рыцарских доспехах, длинном столе, уставленном серебром и хрусталем, и на жемчужно-белых плечи Марины.

— Я надеюсь, передо мной окажется какой-нибудь огромный букет, чтобы мне не сидеть лицом к лицу с доктором Маклином, — буркнул Рори.

Я с ужасом увидела, что они с Мариной сидят как раз напротив. Я села рядом с Кэленом, который не терял времени, — подвигая мой стул, он провел рукой по моей голой спине. Но самое ужасное — с другой стороны от меня помещался неодобрительно взиравший на окружающих с высоты своего без малого двухметрового роста Финн Маклин с его тициановской шевелюрой.

— Привет, Финн, — сказал Кэлен. — Как дела? Вы знакомы с этой потрясающей особой?

— Доктор Маклин не принадлежит к числу моих поклонников, — сухо заметила я.

— Пусть так, — сказал Кэлен, — но его рост позволяет ему заглядывать в ваше декольте, если я не поправлю ваш шарф. Вот так будет лучше. Не будем поднимать вам давление, Финн. Эти врачи чересчур мнят о себе, воображают, что все медсестры и пациентки от них без ума.

Я засмеялась. Финн и глазом не моргнул.

— Должно быть, очень интересно управлять своей больницей, — сказала я. Он собрался было ответить, но в этот момент между нами оказалась огромная разливательная ложка, полная горячего супа. — Здорово, наверное, управлять больницей, — опять завела я. В это время Финн уже занялся своим супом.

— Чем здесь больше всего болеют? — спросила я.

— Недержанием речи, — пробормотал Кэлен себе под нос.

Я только вошла во вкус, расспрашивая Финна о больнице и операциях, которые он там проводит, когда Кэлен приподнял свешивающуюся над моим левым ухом прядь волос и прошептал:

— Боже, до чего я хочу вас.

Я рассмеялась посередине фразы и покраснела.

— Извините, — сказала я Финну. — Это просто Кэлен меня насмешил.

Финн явно решил, что с такими дураками связываться не стоит, и, повернувшись ко мне своей огромной спиной, заговорил с девушкой, сидевшей справа от него.

Официанты двигались вокруг стола, стук тарелок смешивался со звяканьем ножей и вилок, звоном бокалов и шумом голосов. В конце стола сидела леди Даунлиш, внушительной наружности дама, некогда, вероятно, довольно красивая. Рори и Марина сидели молча и почти ничего не ели. Мне казалось, что они не видят и не слышат ничего вокруг. И вдруг мне стало страшно. Мне представились их переплетенные ноги наподобие дьявольских раздвоенных копыт. Я уронила салфетку и наклонилась за ней. Под столом было темно. Я надеялась, что мои глаза адаптируются к темноте, но этого не произошло, наверное, мне в детстве давали мало витаминов. Я не могла различить, где чьи ноги. Я схватила чью-то лодыжку — она оказалась слишком толстой для Марины и судорожно дернулась. Не могла же я оставаться там вечно. Я вынырнула обратно.

— Что с вами, миссис Бэлнил? — Леди Даунлиш смотрела на меня несколько испуганно. — Вы здоровы?

— О да, — пискнула я. — Какой восхитительный суп!

— Все ждут, когда вы его наконец доедите, — сказал мне вполголоса Финн.

— О я уже закончила. У меня, право, нет никакого аппетита.

Пока меняли тарелки, все заговорили о рыбной ловле.

— Вы с Мариной совсем непохожи, — сказала я.

Он бросил на меня настороженный взгляд.

— В каком смысле?

— Ну, она порывистая, а у вас такая выдержка. Не могу вообразить себе, чтобы вы, когда были студентом, засовывали чучела обезьян под кровать сестре-хозяйке.

Он улыбнулся мне легкой мимолетной улыбкой — прием, которым он пользовался, чтобы вежливо держать людей на расстоянии.

— У меня не было на это времени, я был слишком занят делом.

— Все эти люди ваши пациенты? — спросила я. — Должно быть, забавно сидеть за столом, зная, как выглядит каждая женщина, когда она разденется.

— Кэлену это в любом случае известно, — сказал он. — Что вы целые дни делаете дома?

— Мало что делаю. У меня нет способностей к домашнему хозяйству. Читаю, ворчу, иногда даже грызу ногти.

— Вам нужно найти работу, чем-то заняться, — продолжал он. — Что вы делали до встречи с Рори?

— Печатала с ошибками письма в разных конторах, когда похудела, поработала немного моделью, потом обручилась с членом парламента. Не думаю, что я стала для него ценным приобретением. А потом появился Рори.

— Сегодня полнолуние, — говорила сидевшая напротив нас блондинка с лошадиным лицом. — Интересно, появится ли сегодня ночью привидение. Кто ночует в западном крыле?

— Фрейны, — отвечала Динни Даунлиш, понизив голос, — и Рори с молодой женой.