Эрик, встряхнув девчонку, ещё немного с ней поболтал, после взвалил на плечо и, поднеся к братьям, свалил перед ними. А сам убрал клинок в ножны и вернулся к костру, который уже остро требовал его внимания. Когда костёр снова был в порядке, к нему робко подошла Деметра и попросила сесть рядом.

— Вы действительно бог?

— Какой каверзный вопрос. Скажи, что ты знаешь о богах?

— Немного, мой господин, я же говорила, что без трепета относилась к учёбе.

— Кто-то считает, что где-то там, над растрескавшимся сводом этой пещеры, живёт некое совершенное существо, которое абсолютно и всесильно. Оно неусыпно следит за вами — смертными людьми, чтобы направлять их на путь смирения и послушания. Оно любит вас настолько, что постоянно наказывает за непослушание. А то и просто для профилактики. У этого существа есть свои служители на земле, которые хоть и служат всесильному существу, но совершенно не получают у него помощь, а потому трясут вас, простых смертных, чтобы получить деньги, земли и власть. Ну и так далее. Ничего не напоминает?

— Напоминает, но очень смутно. Но разве это Бог?

— Верно. Это не он, это церковь, которая, пользуясь темнотой вот тут, — он ткнул пальцем в её лоб, — морочит людям головы, чтобы жить хорошо, есть сытно и спать сладко.

— Но что же тогда Бог?

— Бог… Тебе эту вещь будет очень сложно понять. Вы ведь тут привыкли, что Бог выражен материально — статуя там или иное изображение, причём, безусловно, этим выражением будет человеческий облик или его вариация. Своеобразное самолюбование, желание, нет — просто нестерпимая жажда ощутить себя пупком мироздания. Ты бы удивилась, если бы узнала, что визуального образа у Бога нет?

— Конечно! Как же ему тогда молиться? Ведь если ты не представляешь себе его облик, то становится очень сложно обращать к нему свои молитвы и просьбы.

— А зачем ему ваши молитвы? Ты об этом не думала? Что он с ними делать будет? Кушать? В копилку складывать? И просьбы. Это просто уморительно. Да зачем вы ему сдались, чтобы помогать? Кто вы вообще такие, чтобы он тратил на вас свои силы и время? Почему помогать именно вам, а не, скажем, кузнечикам или дятлам? Ты только представь — огромное количество людей, которые у тебя постоянно что-то клянчат. Просят, извиняются, скулят, пищат, оправдываются и так далее. Это выглядит тошнотворно. Чем, к примеру, конкретно ты лучше, скажем, мартышки?

— А кто это?

— Хм. Хорошо, пусть будет зайчик. Чем ты лучше зайчика?

— Я наделена душой и разумом.

— Допустим. Почему ты думаешь, что Богу будет интересно выделять тебя из общей массы животных, только потому, что ты считаешь, что наделена душой и разумом? Ну, наделена ты душой, а дальше-то что? Вон рыбы под водой хорошо плавают, а соловей, например, щебечет намного приятнее, чем пьяная песня в таверне.

— Не знаю. Может, он любит нас?

— О да! Обожаю этот тезис! Ты что, на полном серьёзе считаешь, что боги любят вас? А почему тогда эта любовь выражается в том, что вы мрёте как мухи, многие женщины умирают при родах, дети рождаются мёртвыми или больными и так далее? Это, по-твоему, любовь? Согласись, странная любовь. Не похоже что-то. Может… им попросту на вас плевать? Ты не думала, что вы всего лишь небольшая крупинка в бесконечном множестве других. И вас ничто не выделяет, кроме собственной гордыни и чрезвычайно завышенного самомнения?

— Ну, тогда я не знаю, не понимаю. Всё совершенно смешалось в голове. Я… я совершенно запуталась.

— Вот и я о том же. Не понимаешь, а как задал наводящие вопросы, так вся твоя картина мира и посыпалась прахом. При этом подобная проблема не только у тебя. Навыдумывали себе тут всевозможных волшебных сказок, а потом друг другу кишки пускаете из-за собственной больной фантазии. Запомни: Богу от тебя ничего не нужно, вообще ничего. Ни молитв, ни жертв, у него есть всё, что ему нужно. Как вообще можно что-то предлагать тому, у кого всё есть? На твои просьбы ему плевать, то есть вообще. У него нельзя ничего просить, так как он просто так ничего не даст, хотя поиграть может.

— Но зачем они нужны людям, если живут в своём мире?

— Вот. Умница. Правильные вопросы наконец начинаешь задавать. Дело в том, что любой Бог напоминает огромное море энергии, стихий. Море ведь не обижается на тебя, когда ты берёшь у него воду для своих целей? Точнее, ему всё равно. Но боги — это духовные, энергетические моря и океаны, связь с которыми осуществляется через твой настрой, твой дух. Вот вспомни ситуацию нашего знакомства. Как вы быстро сломались. А ведь вы столкнулись с малой каплей того океана, что называется Арес. А если бы на вас обрушить маленькую волну?

— Давайте обойдёмся без таких опытов! Мне жалко себя подставлять под такие страшные удары.

— А всё потому, что ты не можешь ей ничего противопоставить. Ты же почти правоверная христианка, которая всем своим духом черпает энергетику от Бога смиренных рабов. Вот ты говорила, что верховная жрица Артемиды. А почему это не проявила?

— Я не знаю, как это проявлять.

— Ты даже не знаешь, что это. Ты же не ощущаешь её энергию, не знаешь её вкуса и особенностей.

— По твоим словам, мы с братьями зарвавшиеся дети! Но… А как же ты? Ты вот сидишь рядом, а не какой-то абстрактный дух.

— Молодец. Снова правильный вопрос. Если быть кратким, то я получаюсь локальным выражением энергетического поля Бога — земной, материальной оболочкой его частички со всеми вытекающими отсюда ограничениями.

— Энергетического поля?

— Хм… давай упростим — представь себе океан и силу, которая расположена в его водах. Вспомни шторм и то, как эта сила пробуждается и начинает всё крушить в округе. Представила?

— Да.

— Представь теперь размер этого титанического пласта воды и то, во сколько раз больше в ней силы, нежели ты видишь во время шторма. Этот запас силы можно условно назвать энергией. Так что получается океан силы — это примерно то же самое, что энергетическое поле Бога. Только масштабы несколько иные, у Бога он крупнее. Примерно поняла?