– Ну, да. Я об этом тоже думал. Ведь основные данные уходят в архив, а на лицевой странице - идет подробное конспектирование исполнения текущего задания. Шифрованное, правда.

– Ну вот, в четыре утра тогда и выходим. Можешь уже подавать заявку свободному связисту.

– Только… ребят, Ефимычу не говорите. Он и так на меня зол за все эти подтасовки. Хорошо?

– Да, конечно.

– Слово Смертника, - ехидно «захехекал» Венцов.
– Ладно, давайте карту разбирать. Раз сроки поджимают…

***

Стук в дверь.

– О, Ефимыч! Как спалось?

– Хреново. А вы что тут? Секретничаете,… или в дурака, как всегда, втихую от меня, рубитесь?

– Но-но! Как можно? Карту разбираем. На Эль-Асад этой ночью выходим.

– Я думал, твои лишь к вторнику туда подтянуться?

– Так и есть.

– Так чего переться рано?

– Чего рано? Один день плюс, один минус? Это же – тьфу. Тем более, чтобы проскочить незамеченными, лучше никуда не спешить – а иметь время вдоволь. И не забывай, я молодняк веду.

(осмотрелся, осмотрелся З.Е.)

– А Филатов? Что … себе уже его присмотрел?

– Ну… я был бы очень рад, тем более что он уже был на этом озере…

– Ага, а еще он… так, невзначай, из Элиты…

– Хе-хе. Не без этого.

– Ну, ты особо губу не раскатывай, программа распределяет случайно, так что…

– Я беру это на себя, - спешно отозвался Тимур.

(пристыжено улыбнулся)

– И снова эта выскочка? Черт, ты точно доиграешься. Ух, доиграешься. Думаешь, они, там, наверху, не догадываются?

– Ну, - (несмело пожал плечами), - какая разница!

– Я тебе дам разница! Один – (замялся, замялся, проглатывая грубость, но затем вдруг гневно, с криком, выпалил) - а другой дразниться!

Тебе все равно, а мне - нет!

Влетит – так не одному тебе, глупцу безрассудному! Здесь я еще - главнокомандующий! Черт вас всех дери.

И Киряева с Филатовым, перестаньте хоть при мне обниматься! Хватит, что я закрываю глаза на тот дивный факт, что каким-то образом ваши кровати слились в одну!

– Ну же, Захар Ефимович, не кипятись!
– вдруг весело запричитал Аристарх. – Брось! Это же наши сиамские близнецы. Филатовы.

Разве не знал?

Им находиться порознь не велено природой! Неестественно!

– Стах, ты у меня сейчас доумничаешься!

– Ладно, молчу, - (и ржет, ржет, смеется втихую, едва сдерживаясь от звонкого хохота)

Замер. Замер Ефимыч. Смотрит на Венцова – злиться…

– А! черт с вами! – (махнул рукой). – Одна только дурь в голове.

Делайте что хотите.

Но как запахнет жаренным, потом не плачьтесь!

(замолчал, замолчал на мгновение, прожевывая гнев)

Ладно, пошел я. У себя буду.

Как разберетесь со всем, отрапортуешь.

– Есть отрапортовать! Хе-хе…

***

– Так говоришь, отсюда лучше подъехать?

– Да, здесь как раз холмы, высота - отличная видимость.

Светик, милая моя…. Когда ты обнимаешь меня так, прижимаешься, я не могу сосредоточиться - мысли мои уходят сразу в другую сторону.

– Да, не развращай мне тут Элиту, - язвительно подколол меня Стах.

(пристыжено оторвалась, выпустила из хватки его поясницу, шаг назад)

– Злюки…

– Лучше иди вещи собирай, ночью же выдвигаемся, - вновь отозвался Венцов.

– Я их и не раскладывала со вчерашнего.

– Тогда мужа своего собирай.

– И он не разбирал.

(спешно, спешно ответила я, пытаясь удержать маску спокойствия -

но слова, слова-то вздернули мое сердечко, на ниточке – заколотилось, зашаталось оно, как большой, безрассудный маятник,

радостно качаясь из стороны в сторону,

упиваясь своим, далеким, скрытым от чужих глаз счастьем - звуком, нежным словом – «муж»)

(невольная пауза – и вновь идея подоспела, как пена закипающего молока)

– Тогда Юлю и Леру сходи предупреди.

(тяжело вздохнула)

– А так, чтобы от Юрочки не отрываться, нельзя… ничего придумать?

– Да что с ним случиться? Не переживай.

А если вдруг девки похотливые появятся, то клятвенно обещаю взять их на себя!

(рассмеялась)

– Ну, ладно. Смотри мне!