– Лера, ты чокнулась? Никуда я не пойду.

– ПОШЛИ!

…

– Ничего необычного. Просто сильно обострился слух, в то время как у тебя появился отек, припухлость в среднем ухе – сдавило проход, и ты слышишь собственное сердцебиение, пульсацию крови в теле.

– … и что теперь? Я больше так не смогу…

– Я тебе укола успокаивающее. Должно помочь. Со временем ты научишься правильно реагировать на звуки.

– А если снова начнется?

– Снова уколю…

***

(Лера)

Мрак все еще убаюкивал окружающий мир, в тот миг, когда вдруг яркая вспышка… в глазах (будто кто по зрачкам ударил) осенила все вокруг.

Вмиг дернулась я, расселась на кровати: что происходит??

Жадно выпучила глаза – и замерла от страха.

Один глаз – плохо видел. Нет, не так… не то. Будто кто лист кленовый приклеил мне на очки – и теперь часть обозреваемой картины была со злобным упорством скрыта.

Тщетные попытки усердно моргать, тереть глаз рукой, и даже заживо… неприкрытые веками глазные яблоки… скрести – нет. Ничего.

…безуспешные попытки реанимировать наполовину выжженные пикселя монитора.

Господи, я ослепну?

Боженька, нет! Только не это! Прошу!!

Я не смогу так… не смогу.

Идти к врачу? Искать дежурного?

Мать моя женщина… до чего я докатилась?

Ай! Мурашки побежали вмиг по отекшим ногам.

Кажется, я умираю… или превращаюсь в зомби.

Рухнула, рухнула на кровать, отчаянно сдерживая вой от неприятных, ужасных ощущений.

– Юля… - плачущим, жалобным голосом зову единственного родного человека здесь. – Юленька.

– А? Что??

Что с тобой?

– Я разлагаюсь!

(нервный смешок)

– Ниче, подруга. Сча починим, - вдруг отозвался кто-то рядом.

Молодой парнишка вмиг расселся на своей койке. Устало почесал затылок, потянулся. Резкий рывок – и уже стал подле нас. – Ну что… покатаемся?

Подхватил меня на руки – не дожидаясь ответа

(только и смогла вскрикнуть от неожиданности и испуга)

Быстрые шаги – из казармы… по лесенке, к медикам.

– Эм, спасибо… Но может, я все же сама бы пошла? Своим ходом?

– Ой, я же видел, что ты не могла и стать на ноги, а не то, что идти. Не переживай так – все мы это проходили.

– И как?

– Шизофрения намного ласковее звучит.

(невесело улыбнулась)

Меня, кстати, Денисом зовут.

Глубокий вдох.

– Валерия, Лера.

– Знаю, хотя очень приятно познакомиться лично. Ну, вот. Пришли.

(бережно опустил на пол; прижал к себе, помогая удержаться на ватных ногах)

Уверенный, звонкий стук в дверь.

– Вы, кстати, такую шумиху устроили в Академии, что мама не горюй. Так что вся наша база вас ждала с нетерпением – герои месяца.

(заметил, заметил мой испуганный, недоумевающий взгляд)

– Тут нет тайн, а уж тем более в причине перевода. Каждый хочет знать, с кем имеет дело, с кем идет на войну и на смерть.

(неловкая пауза)

– И как же вы насильников здесь встречаете?

(о да, не забыть мне никогда Рамича – а ведь он где-то здесь, в этих краях)

Удивленно дрогнули брови. Пристальный взгляд.

– Обычно их никто не хочет принимать в свой отряд. Так что если и попадают они куда – то либо как враг, либо к таким же отморозкам, как и они.

(несмело закивала головой)

– Это хорошо.

(Шумный вздох – попытка сменить тему)

– Мы очень рады боевым девушкам.

Круто ты за подругу… вступилась.

(удивленно дрогнули брови, пристыжено отвернулась)

– Маргарита Петровна, - несмело позвал (дверь-то не открывалась). – Вы здесь?

(тишина)

– А ты за что здесь? – наконец-то набралась я смелости. Как говоришь там… «нет тайн»?

– За невыполнение приказа расстрелять мирных жителей. Меня из «Средняков» спустили.

(несмело улыбнулась)

– Весело.

– Очень. Маргарита Петровна, да вы спите что ли? – и снова спешно застучал в дверь.

– Да иду, иду уже, - неожиданно раздалось где-то за нашими спинами (вынырнула из-за поворота; спешные шаги по коридору… нам навстречу) - Вышла кофе себе заварить. Мое-то – закончилось.

Что там, Лера, случилось?

Заходите, ребята…

***

(Юля)

Это такой смачный глюк? Или правда?

Когда я открыла глаза… Лерка моя уже сидела на подоконнике (в позе… дохлого лотоса)