Подъехала ближе.

Несмело дотронулась пальцем до пятен.

Свежие, они были еще свежие.

Вымазалась.

Темно-бурый развод по подушечке…

– Что это? – может, и глупо сразу делать свои «безумные» выводы, тем более что его болезнь могла по-всякому проявляться, и кровавыми харканьями. Но отчего-то мне навязчиво вбилось в голову, что это - именно то, о чем мне твердила та женщина…

Сумасшедшая, обескураженная своими заключениями, нагло схватила мальчика за руки.

– Эй, отпусти! – вдруг завизжал тот. Не от боли, нет. Страх? Страх, оттого, что …

Но не успела и мелькнуть мысль в голове, как вдруг кто-то схвати меня сзади. Залепил, закрыл рукой мне рот и грубо, дерзко отстранил от мальчика.

Испуганно вскрикнула и тут же замерла от ужаса…

Но перед глазами, в сознании плясал не факт того, что меня схватили. А то, что я увидела… Секундой ранее…

На его маленькой, худой, обтянутой сухой, тонкой кожей, ручке было много маленьких, как прыщики, пятнышек. Пары пятнышек... укусы.

УКУСЫ!!!

А одни из них – совсем свежие.

– Мария, успокойся, не кричи. Я все объясню.

Током, диким, гадким, болезненным током пробили слова мое сознание.

Нет! НЕТ! НЕТ!!! Я отказываюсь в это верить!!!!!!!!!

Это - бред! Бред! Луи… Только не ты… Прошу…

– Не будешь кричать?

Обреченно кивнула.

Но в глазах, в глазах еще темными пятнами на блекло-светлом тле виднелись УКУСЫ.

Задыхаюсь. Задыхаюсь от боли.

***

(Луи)

– Понимаешь. Всё… сложно объяснить.

– А НЕ НУЖНО! НЕ СТОИТ! Я все знаю. ЗНАЮ! Мне уже поведали о тебе. Скажи только КАК? КАК ты так МОЖЕШЬ? КАК? Конченый КРОВОСОС!

Презрение. Ненависть. Обида.

Но она теперь знает правду…

Я могу, могу заставить забыть ее все.

Могу…

Но не стану. Так проще. Лучше. Пусть ненавидит. Чем больше расстояние между нами – тем безопаснее.

Опасность, страх, обида, ненависть. Пусть лучше так, чем питает надежды…

– Что молчишь? Даже нечего сказать в оправдание?

– А ты услышишь?

– Ты – урод, УРОД. Которого мир еще не видал. Как ты можешь? КАК? Я понимаю, из меня сосал дрянную кровь. Понимаю, но ОН! Он! Он же еще совсем маленький. Такой несчастный. КАК?!!!!!

Нервно стиснул зубы. Молчи, Луи. Молчи.

– Проваливай отсюда! Проваливай! ИНАЧЕ ЗАОРУ! ЗАКРИЧУ!!!!!! И мне все равно, что ты меня убьешь за это. Валяй!!! ВАЛЯЙ!!! Но малого не трогай больше! НИКОГДА!!!!

Неспешные шаги к выходу.

Подчинился…

Уйду…

Уйду.

Глава Двадцатая

***

(Мария)

– Зря ты так, - неожиданно раздался спокойный голос мальчика за моей спиной.

Что?

Изумленная, живо обернулась.

– Не поняла.

– Он хотел, как лучше.

– ЛУЧШЕ?

– Да.

Вдруг тихий кашель перебил его слова. Тяжелый вдох.

Выждала, выждала тишину и внимание… Обижено прошептала:

– Ты, просто, не понимаешь, о чем ведешь речь.

– Разве?

Замерла. Застыла в удивлении.

– Думаю, что да.

– А я думаю, что ты не знаешь, о чем говоришь. Ведь он нас вылечить хотел.

– Вылечить?

– Вылечить.

– Это как?

Насколько я поняла, малыш в курсе событий. Что же. Хорошо.

– Вылечить, высасывая из нас кровь? Подгоняя смерть? Так? Спасибо, молодец.

– Почти.

Уверенный, одураченный…

Упрямый.

Ехидно хмыкнула.

– И как, тебе это его лечение уже помогает?

– Время еще не пришло. Не все сразу.

Умные, самоуверенные речи. Они так и толкали на разговор с ним на равных.

Идиотизм. Мария! Идиотизм!!!

Лишь периодический взрывающийся кашель, пугающие темные синяки под глазами, усталый, мудрый, томный взгляд останавливал меня от отчаянного крика.

Сдерживалась.

– И сколько так ждать? Год? Два? Ты… ты, действительно, не понимаешь, про что говоришь, Мигель.

– Главное верить… и ждать.