— Да, именно так, уважаемый Бармаглот.

— Что мы делаем там?

Забелин помолчал, крутя между пальцев сорванную травинку.

— А там, капитан, нас ждет поиск специальной изолированной камеры. В этом помещении находится то, ради чего мы туда и идем. Что это такое, я расскажу вам позже. Больше ничего сказать пока не могу. Не обижайтесь.

Бармаглот согласно мотнул головой. То, что рассказал майор, уже давало повод относиться к подопечным более доверительно. А пока — большего и не надо.

Кивнув Забелину, капитан отошел к Дихлофосу: Поднимай группу, отдохнули. Пора идти.

«Замок» передал команду через переговорник. Бойцы начали подниматься, закидывая «эрдэшки» на плечи и поправляя экипировку. Подошли двое, охранявшие тыл группы. Спецназовцы, действуя быстро и умело, вытянулись в цепочку и, оставив по флангам четырех человек, гуськом двинулись по еле заметной тропе.

«Конторщики» шли в середине колонны, поставив Забелина в центр.

С боков их прикрывали, чуть выдвинувшись в стороны, два бойца группы. Хотя, если присмотреться внимательно, казалось, что они не так уж и нужны.

Бармаглот, шедший в арьергарде, обратил внимание, что «конторщики» нисколько не нервничают, как это обычно бывает с пришедшими в Район впервые.

«А они молодцы, — мелькнула невольная уважительная мысль, — даже не верится, что в первый раз идут. Даже Забелин, которому по возрасту давно пора на пенсии быть, и то, гляди-ка, как бодро вышагивает».

Дихлофос, находившийся в голове колонны, внимательно смотрел по сторонам, отсекая все лишнее и пытаясь углядеть возможную опасность. Спецназовец уже давно ходил сюда и понимал, что здесь никогда не бывает тихо.

А Район разлегся вокруг, раскинулся широкими славянскими пейзажными красотами, прямо как кустодиевская русская барышня. Да, по-своему он, Район, был прекрасен.

Гигант спецназовец, умевший руками разбивать кирпичи, имел одну тайную страсть. Он писал неумелые и грубые, но при этом — очень честные стихи. Про друзей, про свою тяжелую работу. И про Район. Он почему-то понимал, в отличие от многих других, что, несмотря на все таящиеся в Районе опасности, он может быть очень красив, что и доказывал постоянно.

То полыхая серебристыми зигзагами в темно-фиолетовом небе во время частых гроз, то переливаясь под скупым солнцем блестящими волнами Измененного ковыля.

Или закручиваясь серыми спиралями столбов пыли «с добрым утром», бликуя сполохами «разрядников» в катакомбах разрушенных зданий, еле-еле светясь бирюзовыми озерцами «ведьминого студня».

Ловушки… Они создавали то, чего не было больше на всей Земле. Страшные, завораживающие и опасные. Берущиеся из ниоткуда, кажущиеся чем-то, что не может быть настоящим.

Они — самая главная опасность Района. После людей, обитающих в нем. И между этими двумя финалистами идет конкурс.

Каждый из рейдеров и военных, постоянно находившихся здесь, мог долго перечислять тяжести столкновений с тем или иным местным порождением.

Голема, большого льва-грея, цербера, рептилоида, мертвяка, туманного волка и резуса увидеть легко. Вурдалака, цверга, сфинкса или даже баньши, если она существует, — сложнее. Но против каждого из них всегда найдется аргумент: пуля, граната, нож, приклад или кулак, если больше ничего нет.

А против аномалий? Что можно сделать против электричества «разрядников», которые загнали тебя в угол между старым зданием мехмастерской и бетонным разваливающимся высоким забором? Как справиться с «добрым утром» или двумя прямо между тобой и выходом из подземных коридоров? Когда за тобой слышится хриплое и не по-человечески учащенное дыхание пары вурдалаков. А у тебя остался только «макар» с тремя «патриками» и все?

Дихлофос ругнулся под нос, заметив еле видное марево перед собой, и поднял вверх руку. Группа остановилась.

— Что там? — В наушниках сержанта раздался голос Бармаглота. — У меня на детекторе ничего нет.

— У меня тоже, а вот «конфорку» я уже заметил. Странно… Я сейчас проверю, постойте пока.

Сержант отстегнул кнопку бокового карманчика разгрузочного жилета, доставая болт с примотанной к нему ленточкой из бинта. Самый надежный детектор в Районе, не зависящий ни от батареек, ни от воздействия местного аномального электричества.

Бойцы, оставаясь на тех же позициях, где их остановила команда Дихлофоса, спокойно присели, аккуратно взяв на прицел свои сектора.