Идем до перекрестка, сворачиваем на поперечную улицу. Она тоже чиста, больших завалов нет. Груда щебня перегораживает всего лишь половину мостовой, рядом — зеленоватое болотце. И отчего-то при виде этой невзрачной лужицы начинает голосить чувство опасности.

— Назад! — кричит Релли разогнавшемуся эльфу, и тот замирает, как вкопанный. Облегченно перевожу дух. Еще шаг, и он вляпался бы… во что?

— Магия, — поясняет госпожа Ректор. — От этой лужи прямо-таки смердит магией, исковерканной, неправильной.

— Я не чувствую, — качает головой господин Излон. — И как это магия может быть исковерканной, скажите на милость?

— Может, — спокойно говорит эльф, отступая от лужи. — Именно в Кориле начался Огненный Потоп, чем бы он ни был. И любая магия, соприкоснувшись с ним, изменяется. Вспомните Злой Лес.

— А в нем какая магия? — удивляется простодушный Медвежонок.

— Лесная, — коротко бросает эльф, и мне делается неуютно от его взгляда. — Точнее, была таковой до Потопа.

— В Кориле магией было пропитано все… — говорит господин Излон задумчиво, и я тут же перебиваю его:

— Сказано же, не называть по имени! Не любит этого Руина.

Словно тяжелый вздох сотрясает улицу, меня пробирает холодок. Не иначе, как разрушенный город вздыхает, вспоминая свое прошлое.

— В Руине, — спешно поправляется господин Излон. — Магии было запредельно много. Это что же, теперь шагу спокойно ступить нельзя?

— Именно, — подтверждаю. — Спокойствие свое, господин чародей, следовало еще на границе Злого Леса оставить. А здесь можете его засунуть себе в…

Медвежонок громко и натужно кашляет, чтобы маг, не дай Звел, не расслышал, что ему с этим проклятым спокойствием делать. Господин Излон смущен и обижен, но делает вид, будто ничего не произошло. Релли улыбается, эльф с интересом слушает нашу беседу.

— Пошли, — говорю громко. Я недоволен собой, вспылил, не сдержался. А как тут сдержишься, если иные господа о спокойствие толковать изволят? Спокойствие тут и мертвым не дается, что уж о нас говорить?

С трудом минуем казавшееся безопасным место. Довольно неприятно карабкаться по груде камней, имея под боком смертоносное болотце. Стоит только оступиться, и колобком покатишься в зеленоватую лужу. А чем это грозит, лучше и не проверять вовсе.

— Все, ищем место для привала, — объявляю спутникам. День уже далеко за полдень, и мы изрядно подустали, лазая по развалинам.

— Есть здесь место, где можно переночевать спокойно? — спрашиваю господина Излона. Тот растеряно пожимает плечами. Ясно, будем надеяться, что нам повезет найти подходящее по пути. Очень уж не хочется ночевать здесь посреди мостовой, да и с домами тоже не все хорошо. Иная нечисть из домов вообще не выходит, и любой редкий в этих местах путник будет принят с огромной радостью.

Привал устраиваем в небольшом двухэтажном здании, стоящем наособицу.

— Дом Пожарного Легиона, — объявляет господин Излон важно. К зданию вплотную примыкает высокая башенка, которую время, увы, не пощадило. Высокой (по утверждению чародея) башня была в допотопные времена, и сверху легионеры обозревали город на предмет пожаров. Ныне от нее осталась в лучшем случае половина, остальное обрушилось, развалив крышу и усеяв окрестности грудами щебня.

В здании, на втором этаже, обнаруживаем человеческие останки, впервые за все время пребывания в Руине. Высокий мужчина, одетый в оранжевый мундир. Рядом валяется металлический открытый шлем. Подбираю, с любопытством разглядываю. Знатная вещица, качеством куда лучше, чем носят сейчас городские стражи или даже господа рыцари. И весит совсем немного.

Подумав, напяливаю шлем на голову, оцарапав с непривычки руку о гребешок.

— Ничего так, — одобряет шлем Медвежонок.

— Настоящий пожарный легионер, — добавляет с усмешкой господин Излон.

Привал устраиваем на первом этаже. Нехорошо обедать рядом с трупом, вдруг да встанет и тоже попросит? В Руине от мертвых не знаешь, чего и ожидать.

— Что такое Пожарный Легион? — требовательно спрашивает Релли господина Излона. Тот, оторвавшись от фляги, торопливо отвечает:

— Структура, которой вменялось в обязанности тушение разного рода пожаров и, кажется, расследование поджогов. Между прочим, в пожарные набирались преимущественно огненные маги. Выпускники Академий, не проявившие себя в достаточной степени, чтобы занять более престижную должность.

— Я бы набирал скорее магов воды, — бурчу себе под нос, но господин чародей слышит и с жалостью смотрит на меня.

— Видно, молодой человек, что о магии Вы имеете самое общее представление. Никто больше не знает о структуре пожаров, чем огнемаги. Да и гасить пожар с помощью стихии Огня куда как сподручнее.

— Интересно, — против воли вступаю в спор. — Это что же получается, чтобы потушить, скажем, дом, его надо еще раз зажечь?

— Надо определить стержень пожара и выдернуть его, — заученно отвечает господин Излон, но от подробностей воздерживается. Надо понимать, что самолично он пожары тушить не пробовал.