Шрифт:
Генерал. О женщины, женщины!
Годар. Вы могли бы с тем же правом воскликнуть: «О девушки, девушки!»
Генерал. Совершенно верно. А моя дочь положительно умнее своего родителя!
ЯВЛЕНИЕ СЕМНАДЦАТОЕ
Те же, Гертруда и Наполеон.
Гертруда. Так как же, господин Годар?
Годар. Ах, сударыня! Ах, генерал! Я на вершине блаженства, моя мечта осуществилась. Мне, мне войти в такую семью, как ваша! Ах, графиня! Ах, генерал! Ах, мадемуазель! (В сторону.)Попытаемся проникнуть в эту тайну! Она не слишком-то влюблена в меня.
Наполеон (входит). Папа, я получил в школе награду. Здравствуй, мама. А где Полина? Да ты больна! Бедненькая сестрица! А я теперь знаю, откуда берется правосудие.
Гертруда. Кто это тебе сказал? О, какой у него вид!
Наполеон. Учитель сказал! Он сказал, что правосудие от бога.
Годар. Сразу видно, что учитель твой не нормандец [11] .
Полина (шепотом Маргарите). О Маргарита, милая, пусть они уйдут!
11
...учитель твой не нормандец— другими словами: «учитель твой не хитер»; среди французов нормандцы слывут хитрецами.
Маргарита. Господа, барышне надо бы отдохнуть.
Генерал. Ну так мы пойдем, Полина. Ты выйдешь к обеду?
Полина. Если смогу. Батюшка, поцелуй меня.
Генерал (целует ее). Прелесть моя! (Наполеону.)Пойдем, малыш.
Все уходят, за исключением Полины, Маргариты и Наполеона.
Наполеон (Полине). А меня ты не поцелуешь? Что с тобою?
Полина. Ох, умираю!..
Наполеон. Зачем люди умирают? Полина, а как это умирают?
Полина. Как умирают? Вот так... (Падает; ее поддерживает Маргарита.)
Маргарита. Господи! Помогите!
Наполеон. Полина! Ой, я боюсь... (Убегает.)Мама! Мама!
ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ
Комната Полины.
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Полина, Фердинанд и Вернон.
Полина лежит в постели. Фердинанд держит ее за руку; поза его выражает глубокое, всепоглощающее горе. Светает, на столе догорает лампа.
Вернон (сидит у столика). На полях сражений, в лазаретах я видел сотни умирающих. Почему же смерть девушки под родительским кровом трогает меня больше, чем страдания тех героев? Быть может, потому, что на поле битвы смерть так и подстерегает нас? Ее даже ждешь, а здесь дело касается не одной жизни, здесь видишь целую семью в горе и гибель многих надежд... Вот дитя, девушка, которую я так любил, убита, отравлена... и кем же? Маргарита правильно разгадала тайную борьбу двух соперниц. Мне пришлось заявить властям о случившемся. Однако, бог мне свидетель, я все сделал, чтобы вырвать эту жизнь из когтей смерти...
Фердинанд поднимает голову и прислушивается к словам доктора.
Я даже принес яду, который мог бы служить противоядием первому; но тут нужна помощь светил науки. На такой риск трудно решиться одному.
Фердинанд (встает и подходит к доктору). Доктор, когда явятся судейские, объясните им все. Они разрешат вам прибегнуть к этому средству — и бог услышит мою мольбу... Он сотворит чудо, он вернет ее мне...
Вернон. Пока яд еще не успел произвести столь глубоких разрушений, я решился бы и сам. Но теперь я окажусь просто отравителем. (Кладет на стол пузыречек.)Нет, это бесполезно, и старания мои были бы просто преступлением.
Фердинанд (прикладывает к губам Полины зеркальце). Но еще не все потеряно, она дышит.
Вернон. Восхода солнца она уже не увидит.
Полина. Фердинанд!
Фердинанд. Она зовет меня.
Вернон. О, в двадцать два года организм стойко борется с разрушением. К тому же она сохранит ясность сознания до последнего вздоха. Она еще может встать, говорить, невзирая на то, что страдания, вызванные ядом, неимоверны.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Те же и генерал, сначала за дверью.
Генерал. Вернон.
Вернон (Фердинанду). Генерал.
Фердинанд в бессилии опускается в кресло, стоящее в глубине слева и скрытое пологом кровати. Вернон поворачивается в сторону двери.
Что вам?
Генерал. Взглянуть на Полину.
Вернон. Послушайтесь меня, подождите! Ей гораздо хуже.