– Знаешь?
– свысока улыбнулся он.
– Я освободил тебя от нее, - произнес он, и я невольно отшатнулась.

– Значит, все мои догадки были верны. Ты убил ее.

– Да, и это один из лучших поступков, что я совершил.

Мои руки дрожали, и я не могла определиться, как мне реагировать на его признание. С другой стороны, я все равно не могла бежать с заявлением в ближайшее отделение, потому что призрак не мог никого убить в нормальном мире, да и самого его быть не могло.

– Дилемма, не правда ли, - усмехнулся он, забавляясь моим затруднительным положением.

– Положим, она не была хорошим человеком, - сказала я, - но так нельзя, понимаешь? Нельзя убивать всех, кто тебе не нравится. Иначе, скоро не останется никого. Да и кто я такая, чтобы судить, кому жить, а кому нет.
– Я в отчаянии смотрела на него, лихорадочно вспоминая, не пожаловалась ли я еще на кого-то в наших милых ночных беседах.

– Я не буду никого убивать больше, - произнес он спокойно, опускаясь на мою кровать и расстегивая рубашку.
– Разве что ты сама попросишь.

Я покачала головой, недоверчиво глядя на него.

– Зачем ты раздеваешься? Тебе жарко?

– Ты узнала, кто твой отец?
– спросил он, совершенно не обращая внимания на мои слова.

Я стояла на том же самом месте, не в силах пошевелиться, словно загипнотизированная, наблюдая за движениями его пальцев. Мне хотелось, чтобы они опустились от рубашки ниже, коснувшись пуговицы на его брюках, а затем и молнии. Он заметил мой взгляд и усмехнулся еще шире.

– Нет, - покачала я головой, - я знаю, что мой отец - не мой биологический отец, но понятия не имею, кто был тот человек.

– Да, люди любят не замечать очевидное, - произнес он.

– Что очевидное?
– переспросила я.

– Я о твоей бабушке, - ответил он.

Но я не могла уже ясно мыслить, когда он остался в одних брюках. Тем временем его пальцы остановились, и он прилег на кровать, что вызвало во мне почти возмущение, потому что я ждала продолжения его ненавязчивого стриптиза.

– Почему ты остановился?
– пересохшими губами спросила я.

– Ты хочешь продолжения?
– он лежал там, на моей кровати и притягивал, манил к себе. Больше всего на свете хотелось рвануть с места и наброситься на него, покрывая его тело поцелуями. Избавиться самой от футболки и трусов и предоставить ему все свое тело для ласк, немедленно.

– Что ты со мной делаешь, - я встряхнула головой, понимая уже, что не сплю, но также отчетливо осознавая, что в нормальной жизни не веду себя подобным образом, и меня не посещают такого рода мысли.

– То, что могу, - ответил он, приподымаясь на кровати и подзывая меня к себе.

Мое тело двинулось ему навстречу, и я ничего не могла с этим поделать. Он властвовал надо мной, даже разум грозил сдаться на милость победителя.

– Андрей, - я упала на кровать, и зарылась носом в его волосы, - Андрей.

– Я хочу, чтобы ты стонала мое имя, когда я буду иметь тебя, - прошептал он, и мое тело подалось к нему, как на зов.
– Да, моя маленькая фея, именно так, - шептал он, - горячо и страстно, чтобы согреть мои ледяные кости.

Я плавилась в его руках, как воск, готовая делать все, что он мне скажет. И насилие над моей волей, которое он проявлял, казалось возбуждающим. Он снял с меня всю одежду, и я, голая, горячая, терлась о его тело, как кошка. Он был прав: я больше не была колючей, он укротил меня, заставил исчезнуть все иголки, какие были. Он не уговаривал, не убеждал - он брал то, что ему нужно, и от этого не было спасения. Такого сладкого падения не было еще никогда. Но мои руки, пытаясь опуститься ниже и нащупать самую главную его часть, наталкивались на ткань брюк и пояс.

– Сними их, пожалуйста, - взмолилась я.

– Мешают?
– ухмыльнулся он, и я только кивнула в ответ, не в силах говорить, лаская языком его грудь.

– Мне лучше остаться в них, - произнес он, и я едва не застонала от разочарования.

– Зачем ты тогда дразнишь меня?
– я глядела на него почти обиженно.

– Я не дразню. После аварии моя нога выглядит страшно.
– Ответил он.

– Я не боюсь, - горячо произнесла я, протянув руку к его ремню.

– Тебя не смущает секс с призраком?
– снова с какой-то иронией в голосе произнес он.

– Нет, - ответила я, серьезно глядя ему в глаза.

– Ладно, - рука его скользнула вниз, и я услышала долгожданный звук расстегиваемой молнии. Затем брюки упали на пол за кроватью.

– Что ты делаешь, не надо, - прошептал он, когда я спустилась вниз по его бедру к ноге, покрывая ее поцелуями. Вдоль всего бедра шел страшный рубец, местами даже не один, сбоку еще появлялись пары мелких. Но они не пугали меня, мы наконец были так близко друг к другу, и я вся горела от желания. Мне было безразлично, кто он, каков он - лишь бы слиться с ним воедино, таким нестерпимым и безумным стало желание близости.