Но, похоже, тарарам решили устроить мои преследователи.

Раздался выстрел, и заднее стекло моей новенькой «Хонды» осыпалось. Ну, блин, это уже совсем никуда не годилось.

Я примерился, глядя в зеркало, и, когда «Галант» пошел на обгон, резко вдарил по тискам и принял чуть влево. И все случилось именно так, как я и рассчитывал. Тот мудак, который выставил в окно руку с пистолетом аж до самого плеча, не успел убрать ее, и, когда я резко затормозил, «Галант» со скрежетом пронесся вдоль моего левого борта. При этом рука с пистолетом оказалась зажата между двумя машинами, и ее с силой вывернуло в обратную сторону. Я услышал, как пистолет лязгнул по моему багажнику, а из «Галанта» раздался истошный крик.

Из окна пролетевшего вперед «Галанта» торчала неестественно вывернутая окровавленная рука. И пистолета в ней, конечно, уже не было. Он валялся на асфальте.

Мою «Хонду» развернуло поперек дороги, и морда машины оказалась направлена в поперечную улицу, названия которой я не знал. Не долго думая, я дал газу и, прежде чем убраться с перекрестка, бросил взгляд в сторону улетевшего вперед «Галанта».

«Галант», подняв тучу пыли, уже успел развернуться и снова направлялся за мной. Плохо было то, что я не знал, куда ведет эта улица, но надеялся, что не на кладбище.

Я угадал.

Эта улица вела совсем не на кладбище. Но она оказалась кривой, и я не сразу понял, что через полкилометра она заканчивается тупиком. В конце дороги я увидел широко распахнутые ворота, за которыми открывалась просторная стройплощадка.

Ну, Знахарь, ты и пентюх, сказал я себе и погнал вперед. Я не знал, что ждет меня там, но не останавливаться же и не извиняться перед преследователями, дескать, извините, ребята, ошибся малость!

А что мне еще оставалось? Теперь для полного счастья не хватало только беготни с пистолетами между бетонными плитами и стопками фанеры. Как в «Приключениях Шурика».

Однако, влетев на территорию стройки, я сразу же понял, что Фортуна пока еще не повернулась ко мне задом. Дорога шла вокруг недостроенного дома, и я попросту объехал его, слыша сзади вой двигателя «Галанта», и снова выехал на эту кривую улицу, которая чуть не привела меня в капкан.

Преследователи не отставали.

Похоже было, что за рулем «Галанта» сидел неплохой водила, и он висел у меня на хвосте, отставая не более чем на тридцать метров.

Я был почти уверен, что в «Галанте» сидели люди Алекса, но тогда зачем им нужно было гоняться за мной с пистолетами, если через несколько часов я сам к нему приду? Это был хороший вопрос, и ответа на него не было. Да и ситуация была неподходящая для рассуждений. Сейчас не думать надо было, а убегать.

Черт с вами, подумал я, поедем-ка мы на хайвэй. А там видно будет. И я, снова оказавшись на перекрестке с Мэйфилдом, резко свернул налево, чуть не сбив какого-то чернокожего алкоголика. Он выкрикнул что-то оскорбительное и бросил в меня банку из-под пива. Извини, братан, что я тебе кайф обломал, но сейчас не до реверансов.

Заднего стекла теперь у меня не было, и я очень хорошо слышал, как догонявший меня «Галант» ревет двигателем уже метрах в двадцати. Дорога впереди начала подниматься, и, постепенно сворачивая вправо, она вливалась в идущий по высокой насыпи хайвэй Бэлт Парквэй, по которому я каждый день ездил из Бруклина и обратно.

Так, подумал я, надо прикинуть, что делать дальше.

Если я поеду в сторону Манхэттена, то километров через восемь будет большая развязка, на которой я смогу развернуться и поехать обратно. Это на тот случай, если мне не удастся оторваться от преследователей раньше. Устраивать такие гонки в центре Нью-Йорка мне было совершенно ни к чему. Тем более что у меня под мышкой сидела «Беретта» с глушителем.

Выехав на широкую, как футбольное поле, ленту хайвэя, я глянул в зеркало и увидел, что «Галант», кренясь и визжа резиной по асфальту, повторил мой маневр. Я утопил педаль в пол, и «Хонда» помчалась, как наскипидаренная кошка. Скорость быстро подскочила до ста, и стрелка спидометра уверенно поползла дальше. Вдали в туманной дымке виднелись небоскребы Манхэттена, и они выглядели здорово, но, к сожалению, сейчас мне было не до них. Нужно было спасать собственную шкуру.

Движение на хайвэе, несмотря на выходной день, было довольно оживленным, и ехать стало намного интереснее. Я перескакивал из ряда в ряд, рискованно нырял в промежутки между близко идущими машинами и постоянно слышал сигналы, которыми возмущенные водители реагировали на мою безголовую езду.

Извините, ребята, но уж так сегодня сложился мой день. Тут уж ничего не поделаешь. За мной гонятся какие-то нехорошие парни, и мне обязательно нужно оторваться от них.

Скорость поднялась до ста сорока.

А ничего бежит «Хонда», подумал я, следя за маячившим в зеркале «Галантом». Молодцы япохи, хорошую телегу смастрячили.

Наконец впереди показался огромный бантик, сплетенный из бетонных лент. Это была одна из знаменитых американских развязок. И тут надо точно знать, в какую полосу попасть, а то уедешь совсем не туда, куда нужно, а разворот будет только километров через двадцать.

Слегка снизив скорость, я стал пробираться в правый ряд.

Выбрав момент, я пересек полосу прямо перед старинным «Фордом» с огромными бычьми рогами на капоте и успел заметить, как сидевший за рулем водила в ковбойской шляпе и с пшеничными усами прокричал мне что-то грубое. Он был вынужден ударить по тормозам, чтобы не въехать мне в багажник, но на этом его неприятности не кончились. Сразу же за мной перед его носом оказался преследовавший меня «Галант», и сидевшему за рулем «Форда» ковбою пришлось затормозить еще сильнее.