— Я так полагаю, что вы не стали бы голосовать за него на выборах? — улыбнулся Кинг.

Милдред засмеялась и накрыла его руку своей.

— Дорогуша, ты такой милый, что я вполне бы могла тебя поставить на полку и любоваться весь день.

— Вы его еще не знаете, — сухо заметила Джоан.

— Я была бы совсем не против узнать этого парня поближе!

— А ваша неприязнь к Бруно началась с чего-то конкретного? — поинтересовалась Джоан.

Милдред подняла пустой стакан, вынула оттуда лед и принялась его грызть.

— Что вы имеете в виду?

Прежде чем ответить, Джоан сверилась с заметками.

— В то время, когда ваш муж руководил вашингтонским отделением Генеральной прокуратуры, а под его началом служил Джон Бруно, было совершено немало должностных проступков, и когда это вскрылось, то многие приговоры отменили, а дела закрыли. Но к тому моменту, когда поднялся шум, Бруно уже не было в Вашингтоне. Не получилось ли так, что он подставил своего наставника?

Милдред закурила новую сигарету.

— Это было очень давно, и я уже не помню.

— Я уверена, что если вы захотите, то наверняка вспомните. Это очень, очень важно! — стояла на своем Джоан. — Может, не стоит больше пить?

— Послушай, Джоан, — вмешался Кинг, — нельзя ли полегче? Милли оказывает нам услугу и не обязана ничего рассказывать!

Милдред снова накрыла ладонью руку Шона.

— Спасибо, дорогуша.

Джоан поднялась.

— Ладно, тогда спрашивай сам, а я пока пойду покурю и полюбуюсь этим чудесным садом. — Она взяла пачку сигарет Милдред. — Я могу угоститься?

— Пожалуйста, милая!

Джоан отошла в сторону, а Кинг посмотрел на хозяйку:

— Она иногда бывает слишком резкой.

— Резкой? Да это кобра в губной помаде!

— Тут я не буду с вами спорить. И все-таки давайте возвратимся к тому, о чем говорила Джоан. Разве не из-за выявленных нарушений в прокуратуре ваш муж был вынужден уйти в отставку?

Милдред вздернула подбородок, но голос ее дрожал:

— Он взял на себя ответственность, потому что был руководителем и порядочным человеком. Сейчас таких людей мало. Как и старина Гарри Трумэн, он отвечал за все — и плохое, и хорошее.

— В том смысле, что он взял на себя чужую вину?

— Мне надо еще выпить, пока я не сломала себе коронку этим чертовым льдом. — Она встала.

— Вы считали, что виноват Бруно, так ведь? Он уехал из Вашингтона как раз перед тем, как разразился скандал, разрушил карьеру вашего мужа и возглавил отделение в Филадельфии. Там он снял сливки с нескольких громких дел и, получив широкую известность, конвертировал ее в доходную частную практику и даже возможность баллотироваться на пост президента.

— Вижу, вы хорошо подготовились к нашей встрече.

— Но ваш муж, однако, относился к Бруно с очевидным пиететом до конца жизни. Почему?

Она снова села:

— Билл был отличным юристом, но в людях совсем не разбирался. Я должна отдать должное Бруно: он всегда говорил и делал только правильные вещи. Ты знаешь, что он позвонил Биллу и сообщил, что баллотируется в президенты?

Кинг взглянул на нее с удивлением:

— Правда? А когда это было?

— Пару месяцев назад. К телефону подошла я и, услышав голос Бруно, буквально обомлела. Я хотела ему высказать все, что о нем думаю, но удержалась. Он же разглагольствовал о своих достижениях, о том, как замечательно живет высшее общество Филадельфии. Меня чуть не стошнило. Затем я передала трубку Биллу, и они немного поболтали. Бруно позвонил только затем, чтобы позлорадствовать. Показать Биллу, что поднялся так высоко, как тому и не снилось.

— А я думал, что они не общались уже много лет.

— Это был один-единственный раз, и лучше бы Бруно не звонил.

— А Билл говорил что-нибудь по телефону, что могло бы объяснить причину приезда Бруно на встречу с вами?

— Нет. Билл почти все время слушал, но из-за болезни даже это ему давалось с трудом. И я уж точно ничего не говорила Бруно, что могло его встревожить. А уж мне этого так хотелось, можешь не сомневаться!

— О его делах в вашингтонском отделении Генеральной прокуратуры?

— Среди всего прочего.

— А у вас были доказательства?

— Бруно — юрист, и он отлично заметал следы. Его дерьмо никогда не пахло. И он успел смыться задолго до того, как разразился скандал.

— Думаю, что его похищение вас не слишком расстроило.

— Надеюсь, что Джон Бруно уже в аду!

Кинг наклонился вперед и на этот раз сам положил руку на локоть Милдред.

— Милли, это действительно очень важно. Несмотря на расплывчатость заключения по результатам вскрытия, есть основания подозревать, что ваш муж мог быть отравлен, — не исключено, метанолом. Дело в том, что следы такого отравления могут быть скрыты бальзамирующей жидкостью. Смерть вашего мужа и нахождение тела в похоронном бюро начали всю эту цепь событий. Похитители Бруно не могли полагаться на удачу. Тело вашего мужа должно было оказаться там в определенное время, а это означает, что он должен был умереть в конкретный день.