Тяжело дыша, Мишель покопалась в сумке, вытащила две пары колготок и ловко связала лежавших без движения мужчин. Заметив удивленный взгляд Кинга, она пояснила:

— Черный пояс. Четвертый дан.

Шон посветил фонарем — на налетчиках была синяя тюремная униформа.

— Похоже, это и есть сбежавшие преступники. Им так и не удалось раздобыть другую одежду.

Мишель взяла в руку телефон:

— Я позвоню в полицию. Разумеется, анонимно.

После звонка в полицию Мишель и Кинг поспешили к «лендкрузеру» и успели как раз вовремя: в небе послышался рокот вертолета. Яркий луч его прожектора пробивался сквозь деревья, освещая просеку. И тут Мишель заметила человека.

Тот сидел в пикапе, стоявшем чуть в стороне от дороги, и был хорошо виден в свете прожектора. Через мгновение луч переместился дальше, и машина с водителем вновь погрузилась в темноту. Мишель услышала, как завелся двигатель, и пикап отъехал.

Она бросилась в кабину и закричала Кингу, чтобы тот скорее садился в машину.

— В чем дело? — спросил он, захлопывая за собой дверь.

— Там, в пикапе, сидел мужчина. Ты видел его?

— Нет, не видел.

— А слышал, как пикап отъехал?

— В таком грохоте от вертолета? Да кто там был?

— Он тогда выглядел иначе — наверное, был загримирован, когда я видела его в первый раз. А может, он и сейчас изменил внешность, но я видела его глаза. Глаза не лгут! Это был точно он, могу поклясться!

— Да кто?

— Офицер Симмонс, охранник похоронного бюро, человек, похитивший Бруно и убивший Нила Ричардса.

Кинг недоуменно посмотрел на нее:

— Ты уверена?

Она завела двигатель, и машина тронулась.

— Абсолютно! — Мишель развернулась и хотела выехать на боковую дорогу и направиться за пикапом, но путь им преградили подъехавшие полицейские машины. Она с досадой стукнула по рулю. — Черт, и надо же было местным появиться в самый неподходящий момент!

Когда открылась дверь одной из полицейских машин и из нее показался человек, Кинг покачал головой и произнес:

— Это не местные, Мишель.

Мужчина подошел к «лендкрузеру» со стороны водителя и знаком попросил Мишель опустить стекло. Она подчинилась. Мужчина заглянул в кабину и посмотрел сначала на нее, а потом перевел взгляд на Кинга.

— Я попрошу вас выйти из машины, — сказал Джефферсон Паркс.

Допрос продолжался почти всю ночь. Полицейские не вняли мольбам Мишель и не отпустили в погоню за человеком в пикапе. У них были свои представления о приоритетах, и к ее словам, что в нем находился человек, похитивший Джона Бруно, они отнеслись очень скептически.

— Это может подождать, — твердо заявил ей местный шериф.

После часового общения с Уолтером Бишопом из Секретной службы, который устроил Мишель настоящий разнос, у нее остался очень неприятный осадок. Получив известие о ее задержании полицией Северной Каролины, тот немедленно вылетел на место.

Бишоп буквально рвал и метал.

— Я же говорил: тебе сильно повезло, что тебя не выгнали из Секретной службы! И я думал, что мои слова произведут на тебя должное впечатление. А теперь выясняется, что ты впуталась в историю, которая не имеет к тебе ни малейшего отношения! Я даже не представлял, что можно облажаться еще больше, чем в случае с Бруно. Но тебе это удалось! — Он перевел взгляд на Кинга. — И партнер у тебя соответствующий: один из самых легендарных лузеров Секретной службы. Вы можете основать клуб по интересам. Так ведь, Шон?

Кинг терпеть не мог Бишопа еще со времен работы в Секретной службе, и тот был одним из самых ярых его недоброжелателей во время следствия по делу Риттера. Прошедшие годы ничуть не уменьшили их антипатии.

— Осторожно, Уолт, — вежливо предупредил Кинг. — Я выиграл дело о клевете и могу выиграть дело об оскорблении, а ты представить себе не можешь, какое удовольствие мне доставит прищемить твою задницу.

— Да я из тебя всю душу выну! — взревел Бишоп.

— Я больше не работаю на Секретную службу, так что прибереги свой спектакль для тех, на кого он может произвести впечатление. Если, конечно, таковые найдутся.

— Ты не смеешь говорить со мной в таком тоне!

— Да я скорее стану вести разговор с кучей дерьма, чем потрачу хоть минуту своей жизни на такого ублюдка, как ты!

— Однако я не засовывал голову себе в задницу и не прошляпил убийство кандидата в президенты.

— Потому что она у тебя из задницы не вылезает!

Дальнейшая беседа проходила в том же ключе, причем настолько громко, что все находившиеся в здании, включая арестованных, притихли и слушали с нескрываемым интересом.

Мишель никогда не слышала, чтобы с Уолтером Бишопом так разговаривали, и еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться над едкими и колоритными репликами Кинга. Впечатление было такое, будто он собирал боеприпасы для этой перепалки все последние восемь лет.

Когда негодующий Бишоп отбыл в Вашингтон, Джефферсон Паркс и местный шериф присоединились к Мишель и Кингу, которые пили кофе из стоявшего в участке автомата.

— Так что вы здесь делаете? — поинтересовался Шон у Паркса.

Судебный пристав был явно недоволен.