– Спасибо, что позвонили! Его не было целую неделю, и наш сынишка каждый вечер засыпал в слезах. Вы себе не представляете, как ему дорог этот пес. Он сказал, что ему не нужно никаких подарков на Рождество, лишь бы Чарли нашелся.

Хозяин предложил вознаграждение, но мы с Джейн отказались. Тогда он снова поблагодарил нас и сел в машину. Глядя ему вслед, мы оба чувствовали, что совершили благородный поступок. Как только стих звук мотора, Джейн взяла меня за руку.

– Мы успеем в ресторан? – поинтересовалась она.

Я взглянул на часы.

– Мы опоздали на полчаса.

– Вдруг столик еще не занят?

– Не знаю. Заказать здесь место было нелегко. Пришлось просить одного из университетских преподавателей.

– А вдруг нам повезет? – предположила Джейн.

Не повезло. Когда мы пришли в ресторан, за столиком уже ужинала другая пара, а нам предложили подождать до без четверти десять. Джейн ласково взглянула на меня.

– По крайней мере ребенок будет счастлив, – сказала она.

– Да, – вздохнул я. – И я об этом не жалею.

Джейн стиснула мою руку.

– Я так рада, что мы остановились, пусть даже ценой ужина в «Харперз».

Озаренная светом уличного фонаря, она выглядела божественно.

– Может быть, пойдем куда-нибудь в другое место? – предложил я.

Джейн задумалась.

– Ты любишь музыку?

Через десять минут мы сидели в вышеупомянутой пиццерии. Хотя в мой первоначальный замысел входили вино и свечи, пришлось довольствоваться пивом и пиццей. Джейн, впрочем, не казалась разочарованной. Она запросто болтала, рассказывала о своем увлечении греческой мифологией и английской литературой, об учебе в колледже, о подругах, обо всем, что приходило ей в голову. А я по большей части просто кивал и задавал вопросы – Джейн говорила целых два часа, и, сказать по чести, еще ничье общество не было мне столь приятно.

Сидя на кухне, я заметил, что Джейн с любопытством смотрит на меня. Отогнав воспоминания, я поставил мясо на стол. Мы наполнили тарелки, склонили головы и поблагодарили Бога за все, что он нам дал.

– С тобой все в порядке? Ты как будто был где-то далеко, – сказала Джейн, накладывая салат.

Я налил вина.

– Честно говоря, я вспоминал наше первое свидание.

– Правда? – Ее вилка застыла в воздухе. – Почему?

– Не знаю, – признался я, протягивая ей бокал. – А ты его помнишь?

– Конечно, – ворчливо отозвалась Джейн. – Это было в канун Рождества. Мы собирались поужинать в «Харперз», но по пути заметили потерявшуюся собаку и в результате опоздали в ресторан. Поэтому пришлось отправиться в пиццерию. А потом…

Она прищурилась, пытаясь восстановить в памяти последовательность событий.

– Потом мы сели в машину и поехали посмотреть, как украсили Хейвермилл-роуд. Правильно? Ты настоял, чтобы мы вышли из машины и прогулялись, несмотря на холод. На углу стоял человек в костюме Санта-Клауса; когда мы проходили мимо, он вручил мне сверток. Это был подарок от тебя на Рождество. Еще я восхищалась тем, что ты так спокойно отнесся ко всем нашим злоключениям на первом свидании.

– Помнишь, что я тебе подарил?

– Да разве я могу забыть? – Джейн улыбнулась. – Зонтик.

– И если не ошибаюсь, ты была не в восторге.

– Ну… – протянула она. – Разве после этого я могла встречаться с другими парнями? Моей целью было найти человека, который провожал бы меня до машины. Не забывай, что в нашем колледже мужчины были лишь среди преподавателей и уборщиков.

– Вот почему ты получила зонтик. Я раскусил твой замысел.

– Ничего подобного, – с улыбкой ответила Джейн. – Я была твоей первой девушкой.

– Нет. Я ходил на свидания и раньше.

Она лукаво взглянула на меня.

– Хорошо, но я была первой девушкой, с которой ты поцеловался.

Временами я сожалел, что признался ей, потому что Джейн никогда об этом не забывала и в известные моменты использовала как козырь. Я возразил:

– Я был слишком занят, чтобы заниматься всякой ерундой.

– Ты просто стеснялся.

– Я учился. Это другое дело.

– Ты что, забыл наш ужин? Или возвращение? Ты всю дорогу молчал. Только пару раз обмолвился об учебе.

– Не только, – обиделся я. – Я сказал, что мне нравится твой свитер, помнишь?

– Это не считается. – Джейн подмигнула. – Тебе повезло, что я такая терпеливая.

– Да, – согласился я. – Повезло.

Я сказал это так, как мне бы хотелось услышать от нее, и Джейн, кажется, поняла намек. Она улыбнулась.

– Знаешь, что я помню лучше всего? – продолжил я.

– Мой свитер?

Джейн всегда была остра на язык. Я засмеялся, но, отнюдь не утратив философского настроения, добавил: