Упустил? Что за… И неожиданно он понял, что богиня пыталась сказать.

— Ты имеешь ввиду предал?

— Да, он предал нас обоих.

Она и понятия не имела обо всем этом.

— И что же он сделал тебе?

— Ашерон бросил меня. Он забрал мою дочь, и с чем же осталась я? Да ни с чем.

Ник ухмыльнулся от такой жалости к себе.

— Да уж, ну, по крайней мере, ты не первая среди самых разыскиваемых личностей в списке Даймонов. Клянусь, что у меня просто нет ни минуты покоя. И последние новости меня совсем не обрадовали, Страйкер собирается устроить нам полнейшую задницу.

Она закатила глаза.

— Думаешь, Страйкер не хочет и моей смерти? Именно мой брат сделал его таким. Я живу в очень холодном мире.

— Могло быть все гораздо хуже. Ну, станешь ты одинокой.

Она изогнула свою бровь.

— А что сейчас я не похожа на одинокую?

Он не обратил внимания на ее вопрос. Она и представить себе не могла, насколько несчастной была его жизнь. Какой пустынной и душераздирающей.

— Как богиня может быть одинокой?

— Точно так же, как и человек.

Да уж, она точно была не в себе.

— У тебя есть силы, чтобы улучшить свою жизнь. А у меня их нет.

— Это неправда. Я потеряла своего единственного друга.

По правде говоря, то же самое чувствовал и Ник. Он любил Эша по-братски и ему очень не хватало той дружбы, которая у них была. Даже несмотря на то, что Ашерон предал его, они были очень близки, и этого уже не отнять.

А теперь, из-за того, что Страйкер мог увидеть все, что и Ник, когда бы полубог не выбрал себе что-либо для просмотра, он абсолютно изолировался от мира, который знал раньше. Ни друзей. Ни семьи.

Он был один-одинешенек, и все это было очень ненавистно Нику.

Артемида оценивающе посмотрела на него.

— А ты не хочешь стать моим другом, Николас? Обещаю, ты не пожалеешь об этом.

Порыв ветра пронесся по всей вечеринке, поднимая кромку платья Тори.

Эш взглянул на небо и нахмурился, как будто услышал звук далекой грозы.

— Что-то не так? — Спросила Тори.

— Буря приближается.

— Ты имеешь ввиду погоду, так ведь?

Ашерон медленно покачал головой, когда все его чувства вдруг затрепыхались. Нет, что-то надвигалось на них. Он мог чувствовать это. Нечто темное и смертельное, и оно хотело урвать кусочек от него.

— Не беспокойся, Сота. Я не дам тебе промокнуть.

И даже произнеся эти слова, Ашерон прекрасно знал правду. Не он был ее гаванью. А она его, и пока Тори будет рядом с ним, он сможет выстоять против чего угодно.

— Пусть это будет дождь. — Зашептал он. — Пусть будет дождь

Конец.