Может, не стоило приветствовать хозяйку столь многословно, но зал был так огромен, что казался целой страной, и упоминания о погоде сами собой сошли с губ Солона.

Герцогиня хмыкнула и не сочла нужным отвечать. Сели за стол. Слуги принесли первое блюдо — суп из утки-мандаринки со сладким укропом.

— Сын сообщил мне, откуда вы, но говорите вы хорошо, не голый и без кольца в носу. Что ж, очень славно.

По-видимому, хозяйке рассказали о том, что приключилось с ее сыном, и она досадовала, что его так унизили.

— А что, это правда? — спросил Логан. Он сидел в одном конце стола, герцогиня в другом, а Солон, к его неудовольствию, посередине. — Верно говорят, что даже на кораблях сетцы расхаживают в чем мать родила? — полюбопытствовал юный лорд.

— Логан, — строго произнесла Катринна Джайр.

— С вашего позволения, леди Джайр, я объясню. Это не совсем так. Наш остров омывают воды самого теплого течения в Великом море, поэтому у нас бывает жарко даже зимой. А летом так печет, что не знаешь, куда деваться. То есть, хоть мы и не носим так много одежды, и такой тяжелой, как здешние жители, за принятые у нас рамки приличия, поверьте, не выходим.

— Приличия? По-вашему, женщин, что бегают по кораблю полуобнаженными, можно назвать приличными? — спросила леди Джайр.

Лицо Логана восторженно засияло.

— Приличные, естественно, не все наши женщины. Однако для нас обнаженная женская грудь — все равно что для здешних мужчин голая шея. Целовать грудь, само собой, приятно, но нет причин…

— Что вы себе позволяете! — Воскликнула леди Джайр.

— С другой стороны, дама, чьи щиколотки не прикрыты платьем, у нас не отважится спуститься под палубу одна. Так что, леди Джайр… — Солон повел бровью и притворился, будто смотрит на ноги герцогини, хоть и не мог их видеть. — Вас, появись вы в Сете, сочли бы чересчур смелой.

Герцогиня побледнела, однако не успела вымолвить ни слова — Логан рассмеялся.

— Щиколотки? Но ведь это… глупо! — Мальчик присвистнул. — А у вас они очень даже ничего, мама. — Он снова засмеялся.

Слуга принес второе блюдо, но Солон не заметил, как перед ним поставили другую тарелку. «Что я за человек?» — раздумывал он. Язык подводил его далеко не впервые.

— Я решила, что нападение на лорда Джайра — предел непочтительности, — сказала герцогиня. — Оказывается, вы куда хуже.

Ах вот оно что, подумал Солон. Значит, стражи не по своей воле обращались с лордом Джайром как с дитятком. По-видимому, оберегать его от боли и ран приказала им госпожа.

— Да ведь он не оскорбил меня, мама. И вовсе не хотел обижать вас. — Логан посмотрел на мать, потом на гостя. Оба сидели с каменными лицами. — Правда же, лорд Тофьюсин?

— Миледи, — сказал Солон, — как-то раз мой отец объяснил мне, что в учебном бою лордов нет, как нет их на поле брани.

— Вздор! — отрезала герцогиня. — Истинный лорд всегда остается лордом. Сенарийцы знают, что это значит.

— Мама, он имеет в виду: неприятельский меч рубит благородных так же уверенно, как и простолюдинов.

Леди Джайр не обратила внимания на слова сына.

— Чего вам от нас нужно, мастер Тофьюсин?

Задавать подобные вопросы гостю, да еще и обращаться к нему как к человеку незнатного происхождения было верхом неучтивости. Солон рассчитывал, что его примут по всем правилам, чтобы можно было некоторое время побыть в этом доме, недельку-другую понаблюдать за Джайрами и лишь потом объявить им о цели своего визита. С мальчиком он, возможно, смог бы поладить, но с этой женщиной — боже упаси! Уж лучше закрутить роман с обольстительницей Джадвин.

— А вам не кажется, мама, что вы несколько?..

Герцогиня даже не взглянула на сына, лишь подняла руку, повернув ее к нему ладонью. Смотрела она все это время на Солона.

Значит, вот как тут обстоят дела, подумал он.

Логан приходился ей не только сыном. Несмотря на юный возраст, в отсутствие отца он был еще и ее лордом. Пренебрежительный жест герцогини рассказал гостю всю историю их семьи. Мать подняла руку, и мальчик как послушный сын умолк, а не наказал ее, как поступил бы лорд. По презрению, с которым герцогиня держалась и встретила гостя, Солон понял, почему герцог Джайр переложил свои обязанности на плечи молодого сына. Жене он доверять не мог.

— Я жду ответа, — сказала леди Джайр.

Услышав ее ледяной тон, Солон тотчас принял решение. Детей он просто не любил, а тиранов всем сердцем ненавидел.

— Я приехал, чтобы стать наставником лорда Джайра.

На его губах заиграла теплая улыбка.

— Ха! Это исключено.

— Мама, — чуть более решительно произнес Логан.

— Только через мой труп, — заявила хозяйка. — Если начистоту, мастер Тофьюсин, я хотела бы, чтобы вы уехали.