В ванной медленно спустил брюки с трусами.

И с ужасом увидел.

Крабы.

Нахлынула приливная волна дикой паники.

На верхней линии лобковых волос отложены крошечные яички вроде хлебных крошек, в верхнем левом углу приютился миниатюрный коричневый паучок. Меня внезапно охватила жуткая чесотка. Зуд, который я раньше мысленно отбросил, как не имеющий никакого смысла и значения, едва ощущался. А теперь грянул в полную силу.

Невозможно поверить, что у меня крабы. Никогда раньше не было. Я подцепил паучка ногтем, не смог вытащить. Потом умудрился сковырнуть его снизу, он стронулся с места, двинулся с беспечной легкостью, не ведая о том факте, что сгубил мою жизнь. У него было множество маленьких ножек, он двигался как… краб! У меня на развилке песчаный краб! Он исчез в густом лесу лобка – относительно его размеров. Выходи, сукин сын! После него осталось болезненное красное пятнышко, точно такое же, как на бедре. Какая гадость!

Я натянул трусы и брюки. Разум искал объяснения. Много месяцев я ни с кем не спал. Где бывал? В каких туалетах сидел? И тут пришла разгадка: «Мотель Спа-сити». Одеяла, пропахшие сигаретами. Настоящий притон. Простыни сменили, а одеяло и покрывало оставили. Я нахватал крабов в проклятом мотеле! И заразил ими Аву, любимую девушку, которая теперь явно меня ненавидит.

Я вернулся в рабочий кабинет.

– Не знал, что они у меня есть, – слабо вымолвил я. – Но ты права, есть.

– Как же ты мог не знать?

– Вспоминаю теперь, что немного почесывался… но не слишком… Должно быть, заразился в «Мотеле Спа-сити». Ночевал там за день до приезда сюда. Разбил нос в Шарон-Спрингс и поехал сюда…

– Про твой дурацкий нос я все знаю… Мне плевать, где ты их подхватил, дело в том, что меня заразил! Вообще не надо было с тобой спать. Я собиралась год хранить целомудрие. Потрясающе!.. Больше у тебя нет никакой заразы? Еще будут сюрпризы?

– Нет… Клянусь. Мне очень жаль.

– Не верю, что ты даже не замечал.

– Понимаю… Я идиот… Что нам делать?

– Не знаю, что ты будешь делать, а я уже побрилась. Не хочу связываться с лекарственными шампунями. Поэтому все наголо выбрила. А теперь собираюсь стирать всю одежду, постельное белье, одеяла, все, к чему ты прикасался… Если повезет, мы всю колонию заразим крабами.

– Я чувствую себя прокаженным, – вымолвил я и заплакал по-настоящему. Отвернулся, умирая от стыда.

Она положила руку мне на плечо. Я не мог посмотреть на нее.

– Это просто крабы, – сказала она.

– Но ты мне действительно нравишься… Я забыл принести тебе свою книгу… Все погубил… – Я не мог сдержать слезы.

Она молча сняла с плеча руку:

– Похоже, ты правда все губишь… Не переживай, если подумать, не так уж и страшно. Просто купи тот самый шампунь, целиком вымойся самой горячей водой. Я сейчас примусь за стирку. Здесь только одна машина, поэтому, если тоже решишь постирать, ищи прачечную где-нибудь в городе.

– Я страшно виноват. – Я так и не мог посмотреть на нее, закрывая руками плачущие глаза.

– Ладно, ладно. Извинения приняты, – бросила она. – Я просто кипятком писала. Думала, что ты знал и плевал, очень уж хотел трахнуться. Теперь верю, что не нарочно. Только меня это жутко расстроило. Мне сейчас и без того хватает проблем, еще одна совсем ни к чему… Ладно, как-нибудь переживу. Просто давай забудем ту ночь. – И добавила в высшей степени настоятельным тоном: – Пожалуйста, прошу тебя, никому ничего не рассказывай.

– Конечно, не буду, – пробормотал я. Ей во многих отношениях стыдно, что она со мной спала. Мне стало так плохо, что от парализовавшего шока слезы остановились.

Теперь я сумел оглянуться, только смотрел на ее ноги, не в силах взглянуть в глаза. До чего постыдно вдобавок к случившемуся еще и расплакаться.

– Надеюсь, ты сможешь меня простить, – сказал я. – Я действительно страшно раскаиваюсь…

– Верю.

Она пошла к двери, потом оглянулась, хотя наши взгляды не пересеклись. Я по-прежнему смотрел в пол.

– Будем дальше вести себя так, будто едва знакомы. Будем вести себя так до конца пребывания здесь. По-моему, это самый простой выход.

– Хорошо, – тихо согласился я. Сердце мое было разбито. Я хотел выпросить второй шанс, но даже еще сильнее хотел сделать все, о чем она попросит. Она просит держаться от нее подальше, значит, именно эту просьбу обязан исполнить.

– Дживс, – всхлипнул я. – Дживс…

Ава ушла. Я сидел за письменным столом, обхватив руками голову. Дживс просочился из ванной в рабочий кабинет.