Сам Райан сел неподалёку, он смотрел на заходящие луны Альсары и думал, он всегда много думал, эта привычка осталась у него с детства.

"Я человек созерцания, а не действия", — уныло констатировал Райан Маршал.

"Если бы я делал всё то, что задумывал, что казалось абсолютно реально и выполнимо… я думаю, тогда Альсара уже превратилась бы в ядерную пустыню", приятно успокаивал себя Райан Маршал.

Он вспоминал вчерашний день, нет даже не вчерашний, а довольно давний, когда он увешанный сбруей входил в Цитадель Омикрона:

— Прошу поприветствовать младшего команданте — Райана Маршала, — когда Райан вошёл, весь вестибюль Цитадели Планетарного Гарнизона Омикрон-Сити взорвался аплодисментами. Райана встречали овациями, как героя.

Но уже через секунду все снова занялись своими делами. Это была шутка, так встречали всех опаздывающих гвардейцев, и команданте не стал исключением.

Но сейчас Маршал абсолютно спокойно направился в конференц-зал. Он вроде ненароком задел столик, чтоб с него что-то упало, и ловко поймал эту вещь. Райан чувствовал себя на этом посту хозяином жизни, и ничего не могло изменить его уверенности в себе. Он вёл свою войну, он знал с кем надо воевать и с кем он воевал. Он идеально знал всю дислокацию, и в его мозгу словно в гигантском компьютере была вся информация необходимая Омикрону для победы в войне с рейдерами. Именно информация, в военный исход конфликта самому Маршалу мало верилось.

Одет он был в джинсы, чёрную блестящую броню, похожую на мотоциклетную куртку, и в слегка отзеркаливающие тёмные очки мобильной конференции формы "капелька". У него была очень короткая стрижка, Райан и вправду был похож на сутенёра, что не сильно-то совпадало с его главной задачей нести смерть и разрушение, защищая завоевания конкисты.

— Всему южному крылу сейчас же собраться на совещание. Во славу семьи, — поприветствовал Райан гвардию древним приветствием конкисты, через очки видеосвязи.

Ему не нужно было никуда заходить, не нужно было пить кофе перед рабочим днём. Он точно знал, чего хочет добиться и куда отправиться потом. Такая странная определённость позволяла ему быть в нужное время в любом месте. В зале конференций Райан Маршал спокойно прохаживался "походкой Маршала", как он это не без заносчивости называл. Райан, когда о чём-то думал, то не мог сидеть на месте, ему нужно было движение, будь это какие-то механические движения руками или ногами. Ему лучше было отвлекать моторику во время размышлений. И поэтому он просто ходил и жестикулировал, стараясь завлечь как можно больше народу в свои размышления под благовидной формой лекции.

— Все собрались. Да вам не хватило стула — возьмите мой, — он отдал стул со своего места, — заберите у подразделения разведки, с них всё равно никакого толку. У кого энергоброня, могут и постоять… Так для кого я это говорю.

Звук с места, от собравшихся в зале:

— Для собственного успокоения, — раздался громкий смех. Но видно было, что все пришли не просто так, а им было интересно, что скажет Маршал. В их опасной работе это всё же веселье, послушать свежие идеи младшего команданте.

— С чего я начал: Мы формируем новый фронт. Если говорить открыто, в войне с рейдерами существенного продвижения, не имея за спиной поддержки Северной Империи Астрайдеров, не было уже полтора столетия. Мы не несем цивилизованности и государственности этим людям, — кто-нибудь улавливает ход мысли?

— Да, конечно!

— Останешься потом ещё раз всем объяснишь. — Райан снова вернулся к обсуждаемой теме, — наши славные предки сделали эти просторы Землёй обетованной. Они построили гарнизоны и двинулись на юг. Эти земли забрали суперкомбинатов Астрайдеров и были дарованы нам. Мы считали, что земли пустынны, но теперь, как оказывается, многомиллионная человеческая биомасса отлично жила тут и без нас. Они посчитали нас захватчиками, и война неостановима. — Райан замедлился, вроде бы не все понимают, хотя слышали это уже от Маршала сотни раз. — Я проанализировал их язык и религию, они вовсе не дикари и они очень многочисленны, хотя их верования меня раздражают. Всё ясно пока?

— Всё, кроме того, зачем нам это слушать в десятый раз? — снова раздался дружеский смех зала. Но Райан не отвлекаясь, продолжал презентацию своих рассуждений вслух. Раньше он писал об этом статьи, но сейчас предпочитал рассказывать и объяснять на натуре, так доходчивее. Кроме того, теперь у него была власть и возможность заставить слушать его рассуждения всё большую аудиторию. Ему в этом всячески содействовали, ведь по общему убеждению командования, человека лучше изучившего рейдеров, чем Райан в Омикроне, не было. Словно он и был рейдером среди конкистадоров.

— Мы пытаемся найти зерно истины и повести за собой других в правильном направлении. Мы боремся с рейдерством, а не с южанами. Которое, по сути, значительно более важное и мощное движение, чем сами мы. Мы не понимаем, что ступили в чужой дом и нас просто просят убраться.

Райан ещё долго мог рассуждать про моральную неправоту Гарнизона Конкисты по отношению к местным туземцам-рейдерам.

— Мы даём им цивилизацию, разрушая их способ жизни. — Подводил очередной блок рассуждений Маршал.