Внезапно он остановился и включил яркий свет в салоне гравитона.

— Позволь представиться Райан… Райан Маршал.

— Мы виделись на плавателе, — уже лучше проговорила Азия. — Ты встречал нас на лайнере, — Её глаза зажглись.

— Да! Ты даже себе не представляешь, что было потом, — Райан мило улыбнулся, — хотя в твоей жизни проблем, наверное, было не меньше.

— Я Азия, — кокетливо даже не смотря на внешний вид и простуженный голос, сказала девочка. И протянула руку для приветствия.

— А я знаю. Хм! Представляешь! Азия Биара, мне Францыч говорил, прости, пожалуйста, за этот инцидент с трибуналом, это больше никогда не повторится, мы уже наказали невиновных и наградили непричастных. Я слишком поздно узнал обо всём. Я искал тебя везде, а ты оказалась так близко. Хм, — он постоянно улыбался, словно ему нравилось показывать свои белоснежные зубы перед девочками, — ты так быстро перемещаешься по карте планеты, что за тобой не угнаться даже на гравитоне, — Райан говорил очень быстро и очень мелодично, — я искал тебя по следам Терра Фирмы, и даже в госпитале. Ты случайно не куришь? Хорошо, и я нет и никогда об этом не жалел… с самого момента как увидел тебя на палубе плавателя не мог ни о ком другом думать, забыл о войне, даже интересно, такое со мной раньше случалось, но каждый раз приятно, правда?! Надеюсь, ты себя лучше чувствуешь, — я просто перестарался со специями чай, наверное, термоядерный получился. Да! — Райан так искренне улыбался.

— Ничего, после чая мне стало сразу намного лучше, я сильно простудилась… Спасибо Райан, — Вставила Азия и испугалась, что впервые назвала его по имени.

— Надеюсь, ты быстро поправишься. И сможешь делать что хочешь, хм… Омикрон теперь для тебя открыт. Я тебе уже говорил, что ты мне сильно понравилась, как девушка, в хорошем смысле слова. Это правда, я всегда говорю правду, стараюсь. — Райан улыбался.

— Да и не раз, — улыбаясь в ответ, ответила Азия. Она не могла сдерживать улыбку, видя такое обходительное к себе отношение. Но особенно приятно ей было, что всё происходило как в сказке, всё было так удивительно. Райан был галантным и приятным собеседником. Всё вокруг словно делалось для неё.

Азия была такая мокрая измученная, но от неё словно исходил свет, именно это в ней теперь видел команданте, а не внешний вид. Райан спокойно заботился о ней, даже помог снять мокрые вещи. Маршал не был груб с ней, скорее самонадеян, но вёл себя как настоящий джентльмен.

Азия узнавала повадки конкистадоров. Они ценили хорошие манеры выше физической силы. Мало кто из её подруг устоял бы перед пленительными ухаживаниями конкистадора. В нём был какой-то необычайно лёгкий лоск. Грациозность движения и повадок, играющегося парня, каким не отказывают девушки.

Классические черты лица, словно он с плаката "Конкиста" или "Омикрон — новая столица". Азия раньше часто видела эти плакаты. Похоже, на одном кто-то их предупреждал об опасности, а на другом призывали к союзу. Азию никогда не интересовал внутренний смысл плакатов, а всегда нравились парни изображённых на них. Словно античные герои. Она сейчас себя укоряла, что никогда не обращала внимания на внутренне содержание. А Райан был типичным конкистадором.

Уже через несколько минут Азия полностью расслабилась. Или это был так неожиданно привнесённый в её жизнь комфорт и тепло. Или неожиданно близкое и приятное человеческое общение с очень привлекательным парнем, но Азия с увлечением рассказывала о прошедших нескольких днях. А Райан слушал.

— …А потом я взяла его пистолет и выстрелила, или нет, — Азия весело улыбалась, показывая пальцем пистолет, — я уже не помню, но звук точно был.

Голос к ней вернулся, сидя без одежды, но полностью закутанной на переднем сидении гравитона она уже мило беседовала с Райаном. Он был очень весёлым, хотя и каким-то недосягаемым, и всё его повадки и происхождение было словно вызовом для её собственной женственности.

— Прикольно! Ты сразу стреляла, даже не целилась, — он удивлённо улыбнулся, — Знаешь я довольно посредственный стрелок, да и водитель гравитона тоже неважный. — Если бы не менторский тон и явно выраженное чувство собственного превосходства над всеми, даже в этом случае Азия, глядя на него, никогда бы не поверила, решив, что он прибедняется.

— По-моему ты джентльмен, никогда не встречала никого подобного, — Азия сама ловила себя на том, что рассуждает как опытная женщина и немного смутилась собственным словам.

Райан сделал соблазняющий взгляд, а потом неожиданно улыбнулся:

— С такой собеседницей мне не светит избавление от мании величия, никогда. Я только начал делать успехи. — Тут он замолчал, словно запутался в словах, — послушай ты такая красивая, я такой неожиданной внешности никогда не видел, хотя всегда мечтал о такой девушке. — Райан отпустил управление гравитоном, и обняв Азию за плечо одной рукой. — Таких как ты, наверное, уже не делают.

— По крайней мере, шестнадцать лет, — и они засмеялись вместе, хотя шутка была глупая. Азии было весело, несмотря на шлейф потерь, и неудач, тянувшийся с самого Эвэдэ.

"Эвэдэ, наверное, этим словом никто уже не пользуется, только горстка неудачников, разбросанных по Омикрон Региону" — размышляла тем временем Азия.

Гравитон безмятежно завис над облаками, впереди, перед ним, далеко внизу скрывался Омикрон, словно выныривая из бесконечного небесного океана. Уже серело, приближался рассвет и Райан погасил свет в кабине, чтоб не смешивать настоящий свет и искусственный.