— Реальная жизнь нам не оставляет таких театральных моментов, как мы пережили в астрале, — говорил учитель Рон. — В ней мы вовсе не те, кем хотим быть, и часто нам приходится принимать необъяснимые условия игры. Мы владеем одними навыками, а через час они оказываются никому не нужными. Сейчас я предлагаю войти в астрал и распрощаться там со своими сверхнавыками. Мы будем не собой, а получим загадочный образ, который сами себе и выберем. Мы попадём в игру, правила которой у вас не будет времени изучить.

Рон ещё долго рассказывал, но Азия уже знала. Она подготовилась, девочка понимала, с чем придётся столкнуться. Правда, знать это одно, а испытать на собственной коже — это совсем иначе.

— Здесь не будет никакой разницы между парнями и девушками — все будут равны, так как… надоело мне рассказывать. Сейчас сами всё увидите.

В комнату въехало на подносах четыре вазы с серебряной смазкой, такой, как Азия видела её в первый день, похожей на облепиховое масло. Рон им коротко объяснил, как объединиться в созданном им астрале. Ведь сейчас он уже не мог контролировать их так, как раньше. Все архонты и просто адепты стали однозначно сильнее. Но Рону не надо было объяснять, все давно желали снова окунуться в астрал, и всех уже заинтриговало предложение учителя.

Перед тем, как вдохнуть внушительную порцию серебряной смазки, Азия соблазнительно вызывающе посмотрела на Светлану и Сантану, а потом ушла в отключку. Азия множество раз видела своё беззащитное тело, в то время когда её дух пребывает в астрале, и никогда ни о чём не жалела. Она считала наоборот это тело вместилищем духа. Ей казалось, что в этом есть что-то благородное. Вот так вот безжизненно лежать, а при этом странствовать в астрале.

FISHING…

Азия видела, как не только она одна погружается в выдуманную Роном Вселенную. Где и когда это происходит, не имело значения. Просто несколько часов здесь будут действовать правила и порядок Рона.

Азия видела океан. Безбрежный синий океан. Неглубокий, и усеянный различными рифами. То там, то тут проскакивали стайки рыб- бабочек или затейливые актинии с гидрами покрывали живописные коралловые рифы. Солнечный свет своими лучами освещал дно, по которому сновали крабы.

Азия сначала не обратила внимания на своё место в этом мире. Но она похоже вовсе не дышала, она даже не показывала никаких признаков жизни. Она не дышала и не тонула.

— Рад Вас приветствовать в океане. Это астральная проекция морского мира. — Говорил голос Рона. Азия знала, что Рон где-то рядом, но никак не могла понять в каком виде.

— Азия, ты здесь. — Услышала девочка голос Сантаны. Она могла поклясться, что слышала, хотя в воде слышно всё совсем иначе.

— Не переживайте. Ваши голоса будут слышны точно так же, как если бы вы были в той комнате, где находитесь и говорили между собой. Это единственное, что отличит Вас от обитателей океана, вы можете говорить и мыслить.

Только теперь Азия окончательно себя осознала в новом мире, она была икринкой, маленькой серенькой точкой, из которой обычно вырастает рыба.

"Надеюсь, меня не заставят пройти всю эволюцию целиком, чтобы запомнить выученный материал". Азия не хотела провести свой последний день в астрале просто так без острых ощущений.

— Ваша способность к трансформации сохранена. — Последнее что сказал Рон, прежде чем его голос заменил шум морского прибоя.

— Азия. — Повторила Сантана. — Ты хоть что-нибудь сейчас видишь, слышишь и понимаешь?

— Сантана, мы сейчас икра в океане. Наша задача превратиться в тех обитателей морей, которых мы знаем. Потом научиться плавать, дальше Рон всё скажет.

— Как?

— Очень просто, — сказала девочка и в несколько мгновений начала расти. Её форма менялась. Азия больше не чувствовала себя точкой, наоборот, она превращалась в рыбу, однозначно в рыбу, которую видела, правда, только на картинах или в астрале. Внезапно Азия обнаружила, что не всё в её метаморфозе так, как она бы желала. Её хвост и плавники были идеальны, кожа, предназначенная для быстрого скольжения по воде. Но вот голова и пасть. Азия не видела себя в зеркале, но быстро догадалась, что к чему.

— Вау, ты рыба-молот. В смысле акула-молот. Акула, так будет правильно, — удивлённо замечала Сантана, которая в свою очередь тоже сформировала хрящевой скелет, но другой рыбы — ската манта, морского дьявола.

Азия следила, как подруга превращается в ската и не могла простить, то она не та акула, которой собиралась быть.

— Ты чем-то недовольна? — Спросила Сантана подружку.

— Да. Я хотела быть белой акулой.

— А разве тебе Рон не говорил, что каждый вид здесь может быть только в единственном экземпляре.