– Нет, Алекс, я говорила о драконах. Теперь тебе придется свыкнуться с мыслью, что ты являешься одним из нас. И хотя вопрос о твоем принятии в стаю будет решен только после полудня, но уже сейчас привыкай осознавать себя не человеком, а драконом.

Интересное кино! Подобного я совсем не предполагал. Я надеялся лишь поблагодарить драконов за новые возможности, извиниться за подпорченный источник, да и слинять потихоньку, но становиться одним из них…

– А может, не нужно меня сразу в стаю-то? – попытался я прикинуться дурачком. – Может, будет лучше просто отправить меня подальше, да и забыть о моем существовании?

Мудрейшая так посмотрела на меня, что я поспешил добавить:

– Если отправлять внапряг, я и сам уйду, не стоит беспокоиться!

– Алекс, почему ты не хочешь быть одним из нас? – спросила драконица.

– Я совсем не это имел в виду… – попробовал было отмазаться я.

– Ты считаешь, что драконы недостойны стать твоими братьями?

– Ну, один уже вроде стал…

– Так почему?

Я затруднялся с ответом, мысли перепрыгивали одна на другую, не давая себя четко сформулировать. Разозлившись, я мысленно плюнул, а потом взглянул драконице в глаза и, действуя на чистой интуиции, постарался ей передать свои воспоминания о споре в пещере с источником, о презрительном отношении драконов на площадке, о случае с защитниками, сдобрив все это своим сомнением по поводу того, нужно ли ломать существующие устои драконьей стаи. Похоже, моя передача знаний удалась, потому что взгляд Мудрейшей неожиданно потеплел, и она спросила:

– Где ты так научился передавать мыслеобразы?

– Лар показал, – пожал я плечами.

– Так, значит, вы с ним знакомы уже долгое время? – уточнила драконица.

– Нет, я же говорю, первого дракона…

– Это я уже слышала. Но как же ты смог научиться этому умению, которое подвластно только драконам, и за такой короткий срок? У нас детеныши постигают его годами, а иногда и десятилетиями.

– Не знаю, – честно ответил я. – Само получилось. Да и вообще, маги тоже используют подобное, правда, в несколько ином варианте. Так, например, я много раз передавал другим свои навыки, считывал чужие знания… Но ваш способ намного удобнее.

Мудрейшая посмотрела на меня с сомнением, а потом сказала:

– Оставим это, и давай лучше поговорим о грядущем совете. Несмотря на то что многие драконы не хотят принимать в ряды стаи полукровку, я считаю, что так будет правильно. Ты мой внук, а мое слово еще многое значит. Разумеется, Сарионо задумал обратить этот случай против меня, чтобы самому занять место главы стаи. Именно его ты слышал у источника. Этот дракон уже давно мутит воду в стае, надеясь сместить меня. Сейчас тех, кто его безоговорочно поддерживает, не так много, но после этого совета все может измениться. Однако тебе нужно знать только одно – ты будешь принят в стаю! Пусть даже это окажется моим последним решением.

«Ничего себе у них тут разборки! – подумал я. – И не права Мудрейшая тысячу раз, когда обвиняла меня в непочтительности. Драконы драконами, а ведь все как у людей!»

Уловив мою мысль, драконица тяжело вздохнула, а я спросил, стремясь сгладить впечатление:

– Скажите, как получается, что все драконы могут читать мои мысли, а я их – только когда они обращаются ко мне?

– Потому что они могут закрывать свой разум, а ты пока этого не умеешь, – ответила Мудрейшая. – Но раз ты стал драконом, тебе еще очень многому предстоит научиться. Именно поэтому тебе необходимо остаться в нашей стае.

Я только кивнул, признавая разумность довода. Не знаю, как долго мне придется быть с драконами, но обучиться управлению всеми способностями, которые дала мне кровь Лара, необходимо, несмотря ни на что. Вот только жалко, что с моим появлением у драконов наступят большие перемены. Как бы они не перегрызлись совсем.

– Не волнуйся, в одной стае еще никогда не случалось войн. Драки за обладание самками были, дуэли случались, но братоубийственной резни не было никогда. Это прерогатива людей.

– Рад за вас, – только и ответил я.

Интересно, а что за дуэли такие и по какому поводу они обычно устраиваются? Неужели таким способом драконы выбирают главу стаи? Радикально, ничего не скажешь. Прямо как у альтаров сотни лет назад.

Мудрейшая рассмеялась:

– Нет, Алекс, глава выбирается из наиболее достойных драконов общим голосованием. Именно он решает судьбы всех членов стаи, может приказывать остальным, руководствуясь своим разумом и пониманием, что будет лучше для стаи. Глава также может назначать дуэли – когда решает, что вражда нескольких драконов угрожает всей стае. Обычно они проходят до смерти, потому что изгнание уже давно не применяется, но иногда заканчиваются примирением. Последняя дуэль в нашей стае была сто восемьдесят лет назад.

– Беру свои мысли назад, – сказал я. – Драконы – очень демократичная раса.

Тьфу, она же не знает, что такое демократия!

– Я хотел сказать…

– Не трудись, Алекс. Я прекрасно тебя поняла, – перебила меня Мудрейшая. – В мыслеречи не важны сами слова, так как передаются не они, а понятия, которые ими обозначают.

Для проверки я перешел с общего на русский:

– То есть можно вообще общаться одними образами?

– Не все на это способны, поэтому у нас сохраняется традиция обычного общения, – ответила драконица, причем ее голос звучал у меня в голове на моем родном языке. – Только между ближайшими родственниками может проходить обмен прямыми, неоформленными обра-зами, а в остальных случаях это считается дурным тоном.