Во время поглощения пищи меня пытались расспрашивать о моем путешествии в горы, но я только мычал с набитым ртом, чтобы не отвлекали от процесса. А вот когда наконец насытился, то откинулся на спинку стула и стал подробно рассказывать о том, как проводил инспекцию разработки. Все слушали с неподдельным интересом, особенно про сам обвал, потом признали, что у меня действительно открылись способности Основателя, и стали обсуждать, как их можно применить. Я же расслабился и стал наслаждаться приятным чувством сытости, вот только вскоре почувствовал, что нечто не дает мне покоя. Какое-то легкое чувство надвигающейся опасности. Просканировав округу на предмет опасных магических штучек и просто чужих аур, я не обнаружил ничего подозрительного. Или опасность была слишком далеко, или я ее просто не видел. Посмотрев вокруг магическим зрением еще раз, я стал слушать Шаракха.

– Что ж, этот дар открылся у Алекса как нельзя кстати. Возможно, именно он поможет…

Внезапно я бросил взгляд на Мирина. У него был какой-то усталый вид, хотя совсем недавно он хохотал над моим рассказом. Наклонившись к нему, я прошептал:

– Что с тобой?

– Ничего. А почему ты спрашиваешь?

– Просто у тебя какое-то странное выражение лица.

– А, не обращай внимания, устал на приеме, – ответил Мирин.

– И теперь я предлагаю всем выпить за Алекса, преемника Основателя! – закончил свою речь Шаракх.

Все разобрали кубки и разлили вино из кувшина. Только Алона отказалась и взяла кружку с соком. Подхватив свой кубок, я прислушался к себе. Напряжение нарастало, да так, что хотелось отпрыгнуть куда-нибудь подальше отсюда. Что же это такое? Бомба под столом? Я лихорадочно думал, откуда надвигается угроза.

– За тебя, сынок! – поднял кубок Шаракх, и тут меня осенило.

– Стоп! – крикнул я. – Никому не шевелиться!

Все замерли с кубками в руках, а Алона даже пролила сок себе на платье, вздрогнув от неожиданности. Прислушавшись к себе, я почувствовал, что напряжение почти исчезло, и понял, что моя догадка верна. Я поднес свой кубок поближе и осторожно принюхался. Никаких странных запахов типа миндаля и ему подобного я не ощутил, но тем не менее поставил вино на стол и обратился к Мирину:

– Что ты ощущал, когда я только что обратился к тебе?

– А что?

– Ответь, – настаивал я.

– Ну, какую-то скованность, напряженность…

– Вот! – поднял я палец вверх. – Это сработала твоя интуиция. Если научишься ей доверять, дольше проживешь.

– Алекс, что все это значит? – спросил Шаракх, все так же не двигаясь.

– В вине яд, – ответил я.

Все синхронно поставили свои кубки на стол и посмотрели на меня.

– Как ты определил? – спросил Шаринон.

– Интуиция, – пожал я плечами. – Даром, что ли, я ее картошкой тренировал? – Повернувшись к Шаринону, я спросил: – Есть во дворце специалисты, которые точно могут определить отраву? А то испытывать ее на подопытных вряд ли будет целесообразно. И тех слуг, что приносили нам обед, нужно срочно разыскать и допросить.

Шаринон молча встал из-за стола и стремительно выскочил за дверь, а я перевел взгляд на еду. Зачем было лить яд в вино, если проще сыпануть отраву в острый соус? Никто бы ничего не заметил.

– Алона, а ты уже пила свой сок? – спросил я сестренку.

– Да, – ответила побледневшая девушка.

– Тогда нам нужно срочно подняться ко мне в комнату, там у меня лимэль остался от лечения пострадавших в храме. Я, конечно, сомневаюсь, что яд был еще и в соке, но перестраховаться никогда не мешает.

– Алекс, я, кажется, начинаю задыхаться, – прошептала Алона.

Шаракх вскочил и бросился к ней, а я только сосредоточился на ощущениях сестренки и сказал:

– Это не яд. Это ты просто сильно перепугалась. Ничего, я сейчас и тебе передам свою интуицию, чтобы подобное больше не повторялось.

Мы все вместе отправились в мою комнату, где я вручил флягу с целебной жидкостью Алоне, но уже просто для ее спокойствия. Я был уже абсолютно уверен, что яд был только в кувшине с вином. Не откладывая в долгий ящик, я передал свой радужный цветок отцу с сестренкой, сопроводив его еще и умениями рассветной школы, подумав, что это им точно не повредит, а когда закончил, в кармане Шаракха завибрировал разговорник.

– Слушаю, – сказал он, сжав золотой медальон.

В ответ раздался голос Шаринона:

– Слуги мертвы. Заколоты очень тонким кинжалом. Я приказал гвардейцам никого из дворца не выпускать, но похоже, что это уже бесполезно. Вероятно, убийца избавился от свидетелей сразу после того, как они доставили нам еду, и давно успел исчезнуть. Я начну проверять всю прислугу, как только появятся результаты, сообщу.

– Действуй, – ответил король и устало опустился на кровать.

– Мля-я-я… – протянул я и рухнул в кресло. – Так и знал, что не я все-таки являюсь главной мишенью. И та четверка стреляла в меня, и церковники пытались поджарить только потому, что я мог помешать убийцам в дальнейшем, а основной удар оставался направленным на всю нашу семью. Ведь я еще думал недавно, отчего это святоши такие дураки, что повторно наступают на те же грабли, а им просто поставили ультиматум – срочно устранить, пока не началось основное действие. Мда… похоже, что имперцы занялись горами всерьез.