Шрифт:
– В Белую рощу! – сказал самому себе Олег Павлович и вышел из своего номера.
Глава 14 (от Рэмона Ррая)
РОКОВОЕ МЕСТО
– Хорошенькие сказки! – выговорил я. – Ну и ну!.. И отец сюда же!
– А я думаю, – подал голос Пес и крепко стиснул зубы, – а я вот думаю, что прежде нужно узнать, с чем же ехал сюда этот Класус. Если сведения, которые у него в информационном блоке, даже из этой вашей… из Инфосферы выудить нельзя… Значит, с серьезным делом ехал.
– Слишком много совпадений, – пробормотал я. – Но ты прав: нужно изучить данные Класуса. Не исключено, что…
– Что – не исключено?
– Что нам придется работать бок о бок с этим Табачниковым, вот что!
Эрккин не стал отвечать.
– Табачников верит в даггонов, о которых нудно рассуждал этот лысый виртуальный помощник, – сказал я. – Он думает, что ребята, его ученики, столкнулись с одним из них. Я не знаю, что там произошло, и надо ли мне вообще знать… но присутствие в этом деле фигуры моего отца!..
– Разберемся, Рэм, – откликнулся Пес, – у нас, как ты сам уже понял, просто другого выхода и нет…
Я активировал виртуального помощника, и появившаяся над голографической картой безволосая голова отчеканила:
– Теперь о целях и о тех, кто может посодействовать в достижении этих целей. Главная цель: установить факт того, что в указанном квадрате в самом деле произошел контакт с существом, квалифицируемым как даггон. Установить местонахождение древних катакомб, залегающих под строением для отправления местного религиозного культа. Минимальная глубина, на которой может быть обнаружен вход в катакомбы, не менее десяти метров. Достоверность существования указанных древних строений близка к абсолютной единице.
Я подался вперед всем телом и выслушал также и то, что исследование подземных тоннелей следует проводить с максимальной осторожностью, по возможности маскируясь от местных властей и особенно полпредов ОАЗИСа и тщательно скрывая истинную цель работы.
– Для содействия и частичного консультирования следует привлечь к работе Табачникова-Лодынского О.П., регистрационный номер на Зиймалле – NN12/34-W12434-3435-4556-1032, внешняя декларация…
Мы с Гендалем открыли рты и уставились друг на друга: слишком уж перекликалось только что услышанное с тем, что рассказал нам зиймалльский ученый Табачников, чье имя прозвучало. В черных глазах Эрккина горело мрачное недоумение. Выражением своего грубого лица он напоминал пса, который держит в зубах кость и никак не может ее разгрызть!..
– Так я и думал! – выдохнул я. – Такое впечатление, словно кто-то подбрасывает нам эти совпадения, как костяшки в той игре… в которую ты в «шалаше» играл с Класусом… как ее…
– Домино, – донесся глуховатый бас Эрккина. – Да, Рэм, это в самом деле очень… очень напоминает игру. Только, кажется, ставкой тут – жизнь, твоя и моя.
Если бы Гендаль тогда знал, как ошибался, насколько преуменьшил ставку, КАКОВ порядок этой ошибки – наверно, он не стал бы даже открывать рта. Тем более что умные вещи он говорил чрезвычайно редко. Раза три за жизнь, наверно. И столько же раз был отправлен на планету Керр. Еще совпадение?.. Я лихорадочно соображал, вступая в этот момент в противоречие с собственной внешностью: ведь наверняка со стороны я выглядел бессмысленной ошеломленной скотиной без единой мысли в пустой башке.
Так, так… Значит, Класус был послан на Зиймалль с целью разобраться во всем этом нагромождении мистических и совершенно невероятных событий? Кто же его послал? Ответ напрашивался сам собой… ОН!.. Мой отец… – уфф, ну вот, выговорил… Значит, мой отец направил сюда Класуса встретиться с Табачниковым, произвести расследование и выявить… ЧТО? Ведь от всех этих катакомб, бесплотных чудовищ и сошедших с ума туристов за милю разит сказкой, романтическим вымыслом, басней – то есть тем, над чем меня приучали смеяться с малых лет суровые, насмешливые, прагматичные учителя. К этому преданию о даггонах, к рассказу Табачникова следует относиться критически, подвергать анализу, выявлять слабые места. Делать скидку на историческую перспективу, опять же…
Какой, к демонам, анализ! Посмотрел бы я на аналитические выкладки любого из моих наставников – после того как он столкнется с настоящим асахи, а потом сядет в ржавую банку, по недоразумению именуемую космическим лайнером, с экипажем из идиотов!.. А потом, тоже по недоразумению, убьет человека, оказавшегося бретт-эмиссаром Высшего Надзора, выдержит страшный бой с Аколитами в пустом марсианском ангаре и так далее и так далее!.. Какой тут анализ? Боюсь, что при одном взгляде на Аколитов, взявшихся за оружие и применивших его в действии, у любого аналитика мозг разжижится и вытечет через уши.
Я не смог родить оригинальную фразу. Я сказал:
– Нужно разобраться!.. Нужно… во всем этом разобраться!
– Эге, – крякнул Эрккин, вытягивая шершавую нижнюю губу и проводя по ней ладонью, как ножом по точильному камню. – Идем…
Сказано это было без особого энтузиазма.
Во дворе гостиницы мы застали грузовую машину, в кузове которой суетился Табачников. Я окликнул его:
– Олег Павлович! Вы, случайно, не за город, к Белой роще?
– Ну да.
– Не прихватите нас с собой? Мы тоже проедемся.