В толпе я совершенно не видела Тиму. Даже испугалась, здесь ли он.

– Двенадцать!

– Ур-ра!!! – заорали разом.

– С Новым годом!

Девчонки завизжали. Все потянулись друг к другу, стали чокаться, я тоже чокалась со всеми, улыбалась натянуто, вежливо отвечала на поздравления. А сама в то же время искала глазами Тиму.

Он нашелся. Стоял почти напротив и чуть насмешливо, как мне показалось, рассматривал меня из-за своего бокала с шампанским.

Я залилась краской, опустила голову и отступила в самый темный угол. Там меня ждала Маринка.

– Ну, что же ты, – покровительственно произнесла она, сидя в кресле, – все в твоих руках, давай! – и, приподняв руку, взмахнула кистью: иди, мол.

Я же мучилась. Мне казалось, что Тима откуда-то знает о том, что я здесь ради него. И теперь он ждет, что же я буду делать. Может быть, если бы он не так сильно мне нравился, я бы переборола себя, подошла, нашла бы предлог, заговорила… Но он мне слишком нравился, а его выжидающий взгляд меня просто парализовал. Да еще эти Маринкины штучки!

– Надо позвонить, – бросила я и быстро смылась в коридор. Мне пришла в голову мысль, если я успею поздравить родителей первая, то они не станут больше звонить домой, и у меня окажется в запасе несколько часов свободы.

Сначала я поговорила с Илоной. Поздравила ее наскоро, выяснила, что родители еще не звонили, после этого набрала мамин номер.

Долго ждала, пока она ответит. Наконец услышала ее голос.

– С Новым годом! – жизнерадостно крикнула в трубку.

– Да, да, с Новым годом! – отозвалась мама. – Как вы там?

– У нас все нормально. Вовка спит, мы смотрим телевизор…

– А, ну ладно. Мы часиков в шесть придем, наверное, – не очень уверенно пообещала мама.

– Развлекайтесь! – великодушно разрешила я. Вовремя нажала отбой, потому что в коридор повалила толпа.

– Идем на площадку!

– Салют, салют!

Я поняла: все собрались запускать фейерверки. Пропустила тех, кто наиболее рьяно рвался на улицу. Поискала глазами Тиму. Он стоял в дверном проеме и тоже ждал, когда станет свободнее. Я скользнула у него под рукой.

– Ой, извини, – он чуть посторонился.

Я кинулась на поиски Маринки, распугала несколько парочек, целующихся по углам. Столкнулась с Игорем.

– Как ты? – спросил он.

– Нормально…

– Скучаешь?

Я пожала плечами.

– Ты не стесняйся, здесь все свои. Вот Наташа с тобой хотела поближе познакомиться.

Он крикнул:

– Наташа!

К нам подбежала улыбающаяся девчонка из 11-го «А», небольшого роста, светленькая, с короткой стрижкой, миленькая. Я вспомнила, ведь она – девушка Игоря.

– Привет! – Она чмокнула меня в щеку. – Как тебе с нами? Никто не обижает?

Я немного растерялась, но девчонка так хорошо, по-доброму улыбалась, что мне ничего не оставалось, как улыбнуться в ответ.

– Спасибо, все очень здорово…

– Правда?! – обрадовалась она. – Но ты поздно пришла. Я так и не поговорила с тобой. Ничего, сейчас пойдем на улицу, я тебя всем нашим девчонкам представлю.

Сзади подошла Маринка и небрежно приобняла меня за плечи. Моя голова оказалась у нее под мышкой. Я постаралась выскользнуть, но Маринка прижала меня, так что пришлось замереть.

– Ты ее задушишь! – засмеялась Наташа, освобождая меня из Маринкиного захвата.

– Ничего, она привыкла, – ответила Маринка, но все же выпустила меня.

Я поспешно поправила волосы и взглядом поблагодарила Наташу.

– Как жаль, что ты поздно пришла! – повторила Наташа.

– У Динки дома проблемы, – сообщила Маринка.

– Что такое, родители строгие? – спросила Наташа.

– Да неважно, – отмахнулась я.

– Девчонки, не отставайте! – позвали из коридора.

Тима уже вышел. Игорь помог нам одеться. И мы пошли смотреть фейерверк.

На улице творилось светопреставление! Над нашими головами выло, взрывалось, визжало и хлопало. Я даже подумала, во время войны снаряды рвутся еще громче или нет? Наверное, ночью при налетах вражеской авиации небо так же светится огнями. Я как-то видела по телевизору: огни падают сверху, трассирующие пули оставляют светящиеся следы, лучи прожекторов шарят по небу в поисках самолетов… Если не задумываться о количестве жертв, об ужасе, который охватывает обычных людей, если просто смотреть на экран и не слушать слов диктора, то можно подумать, что показывают новогодний фейерверк.