— Что? — хором воскликнули Нелл, Джеффри и Тэтчер и так посмотрели на Энди, словно он им сообщил об окаменелостях с Марса.

Энди кивнул и усмехнулся.

— Ага. И на мой взгляд, они из докембрийских времен. У него есть самый примитивный аномалокарис, [64] какого я когда-либо видел!

— Во время земляных работ на склоне перед постройкой армейской базы нашли несколько окаменелостей, но в таком состоянии, что идентификацию провести было невозможно, — сказала Нелл.

Энди улыбнулся.

— Поскольку наш водитель… что-то не торопится возвращаться за нами, Тэтчер, думаю, можно было бы и взглянуть на окаменелости.

— Наверное, они организуют спасательный отряд, — сказал Тэтчер.

— Надеюсь, это так и есть, — буркнул Зеро, сердито зыркнув на Тэтчера.

— Где окаменелости? — нетерпеливо спросил Джеффри. — Уж их-то мы обязательно должны взять с собой!

— Хендер, — проговорил Энди. — Окаменелости?

Хендер кивнул, повернулся и четырьмя руками вытащил из-под лавки, сделанной из планок корабельной обшивки, стопку из четырех плоских прямоугольных корзин, сплетенных из какого-то прочного волокна.

Изогнувшись наподобие подъемного крана, Хендер осторожно опустил корзинки на пол и открыл крышку первой из них.

Джеффри и Нелл, затаив дыхание, опустились на колени рядом с корзинкой.

Даже Тэтчер не смог устоять — подошел и заглянул через их плечи.

— Это окаменелости мягкотелых, — прошептал Джеффри.

— Боже мой, невероятные детали, — проговорила Нелл, глядя на красноватого червя, формой похожего на перо, с глазами как у улитки. Он так хорошо сохранился, словно его засняли крупным планом.

— На вид они более древние, чем те, что найдены в Берджессе, — сказал Джеффри. — Еще ближе к началу кембрийского взрыва…

— Смотрите! Вот примитивная разновидность Wivaxia, [65] а это… Неужели Hallucigenia? [66] — Нелл указала на красное выпуклое окаменелое полусферическое существо с небольшими шипами на изогнутой спине, а потом — на крошечного шипастого червя, отпечатавшегося в серебристо-оливковом сланце.

— Возможно, это юные формы, — предположил Джеффри.

Нелл вынула камень из корзинки. Под ним оказалась еще одна сланцевая пластина с отпечатками удивительных созданий, окаменевших в прыжке, на плаву, во вращении. Видимо, они попали в плен во время внезапного оползня шестьсот миллионов лет назад.

— Эти крупнее, но еще примитивнее! — воскликнула Нелл.

— Да, вероятно, другие попросту юные особи, — кивнул Джеффри. — Но эти, взрослые, все равно примитивнее любых из кембрийских окаменелостей, какие мне довелось повидать. Посмотрите на лучевую симметрию у этих членистоногих!

— Взгляните на эту перистую морскую водоросль! — прошептала Нелл. — Боже мой, ведь это могут быть недостающие звенья между эдиакарнской и кембрийской жизнью!

— Возможно, это — недостающая страница — мгновение до кембрийского взрыва, прежде чем жизнь распространилась по нашему миру и по этому!

Зеро все запечатлевал своими камерами.

— Братцы, я ваш с потрохами. За меня не бойтесь! — отозвался оператор.

— Окаменелости, — гордо проговорил Хендер, стоявший за спиной у Энди.

— Да, Хендер, — кивнула Нелл и протянула руку.

Хендер осторожно прикоснулся к ее пальцам четырьмя руками. Он широко раскрыл глаза и уставился на Нелл всеми шестью зрачками.

— Это хорошо, Нелл, — прогудел он.

— Да, — кивнула Нелл и рассмеялась. — Это очень, очень хорошо, Хендер!

— Лучше поскорее упаковать эти материалы, чтобы взять их с собой, — заметил Энди. — В корзинках поменьше у него есть еще кое-что.

— Слушайте, просто чокнуться можно, — проговорил Зеро и одним глазом посмотрел на потолок. — Да я с этим материальчиком смогу до конца своих дней расслабляться на Фиджи! — Он расхохотался. — Но не стану этого делать.

— Нет? — удивилась Нелл. — А что ты станешь делать, Зеро?

Нелл взяла у Зеро камеру и навела объектив на него.

— Ну… — Зеро улыбнулся. Он не привык находиться по эту сторону от объектива. Его глаза загорелись. — Пожалуй, сплаваю вокруг света, сниму несколько документальных фильмов. Может, книгу напишу!

— Отлично! — воскликнула Нелл.

— Наверное, после всего этого каждый из нас смог бы написать книгу, — рассмеялся Джеффри.