— Я квалифицированный агент И — О.

— Помолчим минуту в знак глубокого уважения… — сказал Стетсон.

Внезапно он хлопнул по столу ладонью.

— Черт возьми, как все просто! Просто до идиотизма! Ничего, кроме политических игр.

— Что? — поперхнулся Орн.

— Это уловка Службы И — О, сынок. Демагогия. Попытка горстки политиков увековечить свои имена и вовлечь в эти игры всех нас. Запомни мои слова: мы заново откроем эту планету; мы передадим ее жителям новейшие технологии — промышленную основу, которую они заслуживают. Мы пытаемся разглядеть признаки войны, чтобы покончить со всеми войнами…

Орн шагнул вперед, нахмурив брови.

— Так какого дьявола, вы думаете, я нажал на сигнальную кнопку?

Стетсон внезапно успокоился.

— Мой дорогой друг. Это мы и пытаемся сейчас выяснить. — Он прикусил кончик ручки. — Итак, зачем ты вызвал нас?

— Я ведь говорил вам. Это… — он махнул рукой в направлении окна.

— Ты почувствовал себя одиноко и захотел, чтобы пришел агент Службы Р — У и пожал тебе руку?

— О! Убирайтесь к черту! — рявкнул Орн.

— Всему свое время. — Надменные глаза Стетсона приобрели ледяной оттенок. — Итак… Чему же тебя научили умники из И — О? На что следует обратить внимание?

Орн проглотил резкий ответ.

— Признаки военных приготовлений.

— Что еще? Не заостряй внимания на частных моментах.

— Мы ищем фортификационные укрепления, детские игры в войну, признаки военной подготовки населения, любого рода другие приготовления.

— Например, униформа?

— Совершенно верно! А также шрамы войны: раны, на людях и зданиях, уровень знаний в области военной хирургии, остатки всеобщего разрушения и тому подобное…

— Явные улики. — Стетсон покачал головой. — Ты считаешь этого достаточно?

— Нет, черт возьми, нет!

— Ты абсолютно прав. Гм-м. Попробуем копнуть немного глубже. Я как-то не очень понял, что же тебя насторожило в этих прекрасных людях?

Орн вздохнул, пожав плечами.

— У них нет энергии, нет решительности, задора! Они слишком серьезны, мрачны…

— О?

— Да. Я, я… мм-м. — Орн облизал губы. — Я… мм-м, обратился к Совету Старейшин с предложением, подчеркнув, что наш народ заинтересован в надежном поставщике костей фрулапов для изготовления блюдец из фарфора для левшей.

— Что?! — Стетсон даже подскочил от удивления.

— Ну, они были такие серьезные все время… Я и решил, ну, что…

— И что же произошло?

— Они попросили подробное описание фрулапов и существующий метод переработки костей.

— И что же ты им ответил?

— Ну я… Ну, в соответствии с моим описанием они пришли к выводу, что на Гамале нет фрулапов.

— Понятно, — хмыкнул Стетсон. — Так вот почему ты обеспокоился, — оказывается, здесь нет фрулапов.

«Какого черта! — подумал Орн. — И почему я не могу держать свою пасть закрытой? Кажется, я сейчас убедил его, что у меня не все дома».

— Не встречались ли тебе большие кладбища, национальные памятники или что-либо еще в этом роде? — продолжал спокойно Стетсон.

— Ни одного. Но у них есть обычай хоронить умерших в вертикальном положении, а на месте захоронения сажать фруктовые деревья. У них огромные фруктовые сады.

— Ты считаешь, это существенно?

— Это беспокоит меня.

Стетсон тяжело вздохнул. Откинулся на спинку стула. Постучал ручкой по столу, не мигая глядя в пространство. Наконец сказал:

— Как они восприняли переобучение?

— Заинтересовались промышленной сферой. Поэтому я и оказался в деревне Питцибен. Здесь мы обнаружили огромные залежи вольфрама…

— А врачи? — перебил Стетсон. — Практика лечения ран, работа в полевых условиях…

— Трудно сказать, — пожал плечами Орн. — Вы же знаете, как с врачами. Они все считают, будто умеют все, и трудно определить их действительные знания. Впрочем, кое-что я выяснил.

— Какой у них общий уровень медицинской подготовки?

— Неплохое знание анатомии, хирургии, но лечение ран… я не знаю.

— Есть ли у тебя какие-нибудь соображения, почему их планета так отстала в развитии? — Стетсон искоса взглянул на Орна.

— Известно, что Гамаль оказался случайно заселен шестнадцатью уцелевшими астронавтами — одиннадцать женщин и пятеро мужчин из экипажа крейсера планеты Трицехин. Крейсер потерял управление во время боевых действий на начальном этапе Римских Войн. Им удалось приземлиться в спасательной шлюпке практически без элементарных средств к существованию.

— А военные учения?