Мы миновали небольшое круглое озерцо с голубой водой, окруженное пальмами. Это было похоже на какое-то кино, будто все происходило не на самом деле.

А за озерцом возвышалась большая белая скала, которая отбрасывала темную тень на песок. У подножия скалы зияло отверстие тоннеля. На ней сидели уродливые черно-белые птицы пустыни, крупные и тощие. Оставаясь недвижимыми, они смотрели на наши быстро проезжающие машины.

Под яркими солнечными лучами песок сверкал, словно золото. Впереди светились белые гранитные скалы. Странная красивая картина. Но мне было не до того, чтобы наслаждаться ею.

Я знал, что каждая минута, проведенная в пустыне, приближает мой конец.

От вида каждой скалы или пещеры, мимо которой мы проезжали, меня бросало в дрожь.

Я понял, что отсюда мне не убежать. Здесь совершенно негде спрятаться.

К ночи генерал Рамир узнает всю правду. Он поймет, что я направил их к самой далекой пещере потому, что не мог придумать ничего другого. И все узнают, что я лжец. А мумия так и останется спрятанной в одной из пещер.

Мы остановились, чтобы позавтракать, на плоской равнине, окруженной скалами. Я отозвал Меган в сторонку — мне не терпелось поговорить с ней.

— У тебя есть какие-нибудь идеи? — спросил я. — Что мне теперь делать?

Она покосилась на меня, будто не понимая, о чем это я толкую.

— Не знаю, чем могу помочь вам, ваше превосходительство, — громко ответила она.

— Как это, Меган?

И тут я обернулся и увидел, что позади нас стоят два моих охранника. Они слышали каждое произнесенное мною слово.

Так мне не удалось поговорить с Меган.

Пришлось развернуть сандвич. Сам не понимаю, как мне удалось проглотить его. Горло было сухим, как песок пустыни, а желудок словно завязан в узел.

Я посмотрел вверх, на гадких черно-белых птиц, сидевших на скале. Наверное, это стервятники пустыни. И не будут ли они уже сегодня справлять тризну по мне?

Через несколько минут наше путешествие продолжилось. Генерал Рамир все изучал свою карту. По мере того как мы продвигались к пещере, отмеченной в самом ее низу, возбуждение генерала нарастало.

Это был самый длинный вечер за всю мою жизнь!

Мне становилось все хуже. Пот стекал по лбу и заливал глаза, и я даже не пытался вытирать его. Старался думать. Составить хоть какой-то план действий. Но мой разум был так же пуст, как и пещера, которую я выбрал на карте генерала.

Может, сказать ему, что ошибся? Может, указать другую пещеру, где-нибудь на противоположной стороне пустыни?

Это продлило бы мою жизнь еще на один день. Но нет, теперь он не поверит мне, сразу поймет, что я хочу перехитрить его. Что я лжец и обманщик.

Солнце уже спускалось за скалы, когда мы вдруг остановились.

Генерал Рамир сложил карту и похлопал меня тростью по затянутому в камуфляж колену.

— Вот она! — с волнением произнес он. — Вот она, эта пещера!

Я посмотрел на высокий скалистый утес. Он возвышался, вырастая прямо из песка, и казался голубым при вечернем освещении. У подножия зиял темный вход в пещеру, похожий на мышиную нору, какой ее рисуют на картинках.

Генерал Рамир выпрыгнул из джипа и сделал мне знак следовать за ним.

Я медленно вылез. Вытер с глаз песок. Сердце мое учащенно билось.

— Великий момент! — провозгласил генерал Рамир, глядя на вход в пещеру.

Нужно что-то делать, подумал я. Придется через это пройти. Я чувствовал, что просто схожу с ума. И не выдержу больше ни единой секунды!

— Генерал Рамир, мне… мне надо кое-что сказать вам, — начал было я.

Слова застревали у меня в горле. Я откашлялся и заставил себя продолжить.

— Генерал Рамир, я вам солгал, — признался я. — Обманул. Я ничего не вспомнил. Мне очень жаль, но я не имею ни малейшего представления, где спрятана мумия.

Я кое-как выдавил из себя эти слова, потом глубоко вздохнул и сделал шаг назад.

И увидел, как лицо генерала Рамира покраснело, а глаза просто вылезли из орбит.

— Пожалуйста… — начал я. — Я не имел в виду…

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что генерал смотрит сейчас вовсе не на меня. И не слышит моих слов.

— Майкл, ложись! — крикнул он, пригибая меня к земле.

Я услышал громкое «пах, пах» и подумал, что это фейерверк. И только потом сообразил, что это винтовочные выстрелы.

Выстрелы звучали совсем близко, и сразу послышался свист воздуха, вырвавшегося из пробоины в шине джипа.

— Мятежники! — услышал я крик лейтенанта Генри. — Они наверху, на скале! Неизвестно, сколько их там!

Подняв взгляд вверх, я увидел одетых в черное людей, которые стреляли по нашим машинам. Солдаты генерала Рамира выпрыгивали из фургонов, держа наготове оружие.