Внизу показалась обширная лежайка, раскинувшаяся невдалеке от крайних частных домов пригорода. Её заливали ярким светом три пылающих костра, разложенне по краям в форме равнобедренного треугольника и натянутые на столбах разноцветные мигающие гирлян ды и китайские фонарики. На праздник собралась добрая половина города, если не больше. Плюс приезжие — масса народа!

В центре лужайки крестом стояли накрытые явствами столы. Возле них толкались горо жане, заправляясь вином, пивом и закусками. На импровизированной сцене играл сельский оркестрик, состоящий из двух скрипок, аккордеона, саксофона, контробаса, большого басового барабана с чарльстоном, шотладской волынки и стринного клависина. Под него, несмотря на странное отсутствие электромузыкальных инструментов, лихо отплясывала и молодежь, и пожилые. Без остановки бабахали петарды, в ночное небо то и дело устремлялись ракеты. Праздничное веселье, по-всему, только-только разгоралось. Затеряться среди собравшихся внизу клонов нам не представлялось слишком сложным…

Антон вслед за остальными машинами пошёл на посадку. Не успел наш аппарат кос нуться земли, как Софи и Катрин сиганули с наших с Макаром колен и бегом припустились в гущу танцующих, сотрясая воздух радостными воплями. Им навстречу с аналогичными криками

выскочила дюжина ребят и девчат тинейджеровскго возраста.

— Я же говорил — динамистки! — проворчал Макар, разминая затёкшие конечности. Я последо вал его примеру. Не то, что бы Катрин была пампушкой, но ноги мне отсидела.

— И хорошо, что сами слиняли, нам же проще! — успокоил я Макара.

— А нас тут не любят! — заявил подошедший Антон.

— Это кто? — набычился Макар.

— Вон та группа у костра! — Антон указал на бритоголовых парней лет двадцати-двадцати пяти

в высоких армейских ботинках. По виду — местная шпана. Они отличались от остальных гуляющих напускным безразличием к празднику, обилием цепочек и заклёпок на кожанных "косухах" и массой персинговых колец на различных частях тела. Стоя особняком, одни тупо жевали резинку; другие, держа руки в карманах, дымили сигаретами и демонстративно сплёвы вали в нашу сторону под аккопанемент неприязненных взглядов изподлобья. Макар впёр в парней ответный пылающий взор, гордо подбоченился и громко спросил:

— Ну, чего уставились, козлы?

Это был прямой вызов. Парни зашевелились, принялись перешёптываться.

— Ты что? — одёрнул я Макара — Нарываешься? Драки нам ещё тут не хватало!

— Мы клоны али кто? — вполголоса спросил Макар — Это ж для поддержки правдоподобия унд имижда…

— Роман прав, Макар! — вмешался Антон. — Сейчас нет времени доказывать наше клонское про

исхождение. Пошли лучше в город, поищем прокат грави-лётов…

Но уйти с праздника нам не дали!

Не успели мы сделать и пары шагов в сторону темнеющих домов, как дорогу нам заступили

три празднично разодетые пожилые женщины и один хромающий старик. Они поклонились нам в пояс. Женщина, стоящая в середине, приветствовала нас словно заезжих знаменитостей.

— Здравствуйте, гостюшки дорогие! — мне бросились в глаза её натруженные руки крестьянки.

Антон поклонился в ответ и поздоровался за всех.

— Просим к столу! — по-молодецки махнул клюшкой дедок, приглашая нас в центр лужайки, — Отведайте хлеб-соль и угощения! Помяните героев-Титанов, победивших кровавого Вакха!

Во как! Я прыснул в кулак. После лекции Антона мне было смешно слышать такое.

Женщины окружили нас, навроде почётного караула и повели к столам Дедок поплёлся следом, как бы прикрывая тылы. Он оказался в сильной степени подпития, как вскоре выяснилось. То хихикал на ходу, то пытался заговорить с нами или просто спеть, но у него ничего не получа лось. Он постоянно терялся, сбивался, начинал буровить невесть что, нести околесицу, пока одна из женщин не обернулась и не шикнула на него, пригрозив пальцем. Только тогда старик угомонился и куда то испарился.

Но он своё дело сделал! Скорее всего благодаря именно ему и женщинам, парни, кото рых Макар обозвал козлами, так и не рискнули напасть на нас со спины при всём честном наро де…

Устроители праздника провели нас через толпу к расчищенному месту возле столов и пожелали приятного аппетита. Макар чуть было не испортил всё дело, ляпнув невпопад:

— Вообще-то мы спешим…

Женщины возрились на него, словно на малохольного. Антон незаметно дёрнул Сергеева за рукав и попытался исправить положение, заявив:

— Вы не поняли! Приятель хотел сказать, что мы спешим присоединиться к вам, что бы с честью помянуть героев-Титанов!

Женщины переглянулись, покачивая головами. Они сделали вид, что поверили Антону.

— Эх, молодежь! — посетовала самая пожилая. — Совсем перестали чтить древние традиции…

Она сунула нам в руки по высокой глинянной кружке с пенящимся красным вином и по куску румяного мясного пирога, приговаривая в пол-голоса:

— Земля — дала, земля — взяла! Слава Титанам, одолевшим врага! Хлеб — плоть Вакха, вино — его кровь! Ешьте, пейте гостюшки дорогие, что бы не стало покою кровожадному ворогу ни на этом, ни на том свете!