– Сысоев! Сысоев! Старлей, твою мать! Ты что, заснул что ли? Приди в себя.

Он выныривал из черных глубин памяти, из свившей гнездо в памяти беды, возвращаясь в настоящий мир, в выстуженный десантный отсек Мишки.

В реальность...

– Минута до сброса!

– Есть минута!

Бортмеханик выглянул в ревущую круговерть за окном - а то и дело начинался снег, погода была совершенно нелетной - и спрятался обратно.

– Видимости нет ни хрена! Идем по приборам! Высадим, где сможем!

Подполковник Цагоев показал ему большой палец - видимо экипаж летал по этому маршруту не раз и не два, только поэтому согласился лететь в такую погоду в этом опасном районе. Да и Цагоев с экипажем был знаком.

– Готовность!

Вертолет зависает над склоном - прошел снег, много снега им завалена вся площадка. Что там под снегом - если камни, то они останутся здесь навсегда. С раненым им не выбраться отсюда. Никогда.

– Пошел!

Один за другим, трое десантников с нескольких метров высоты прыгают с вертолета, падая, распластываются в снегу. Вертолет тут же берет курс домой, грохот его винтов постепенно стихает. Они остаются втроем - и кажется, что на необитаемой планете.

– Доклад!

– Норма.

– Норма.

Первый этап пройден - десантировались без происшествий.

– Обвязываемся.

Альпинистская веревка - сколько жизней ты спасла? Десять тысяч? Пятьдесят? Сто?

– Идти след в след. Все команды подаю рукой! Без команды не стрелять. Вперед!

Непонятно, как подполковник ориентировался здесь - но он, тянущий по виду лет на сорок, загнал двоих лосей-спецов меньше чем за час. Он шел по смертельно опасным склонам, где неосторожный шаг и вниз так, как будто участвовал в параде на какой-нибудь площади. Горы для подполковника были домом - и это было не преувеличение...

– Дреш, фаёри мекунам**!
– крикнули откуда то спереди.

Сысоев рухнул в снег, лихорадочно освобождаясь от веревки, стесняющей движения, прижал к плечу приклад автомата, нацелив его туда, откуда раздался крик

– Свои - крикнул в ответ Цагоев с заметным, даже нарочито заметным акцентом

– А с вами кто, товарищ подполковник?
– горные призраки этих мест, оказывается, хорошо знали русский***

– Тоже свои! Не стреляйте! Ништ фаёри!

Встречающих было, как и их - трое, в меньшей по численности группе ходить по горам, да еще и в снегопад было рискованно. Подполковник обнялся со всеми, как это было принято на Востоке. Двое из встречавших подполковника были афганцы, а вот третий - хоть и одет был как афганец, но был русским, на это указывала его русая борода. Дальше пошли двумя связками.

Через два с лишним часа, когда и Сысоев и Волков, несмотря на нештатные свитеры, успели основательно промерзнуть - пришли в какой-то кишлак. Маленький, засыпанный снегом, с едва заметным дымом из труб - топили здесь не так, как в Союзе, дрова продавались на вес.

– Заходим - приказал подполковник

В довольно большом по афганским меркам доме афганцы помогли им раздеться, не проявляя никакой враждебности, оружие они оставили при себе, да его никто и не требовал отдать. Сняли обувь. Из соседней комнаты вышел среднего роста человек, по виду тоже русский хоть и борода его была черного цвета, цепким взглядом окинул пришедших. Затем заговорил с подполковником на местном наречии...

– Пошли.

Первым зашел тот же моджахед, который только что вышел из комнаты.

В соседней комнате уютно бурчал маленький японский генератор - мечта любого подразделения советской армии, горела запитанная от него лампочка, грела жаровня с углями. На коврах, в углу комнаты поджав под себя ноги по-турецки, сидел средних лет, невысокий, даже щуплый, с короткой бородой афганец и читал какую-то книгу. Взглянув на вошедших, он поднялся им навстречу.

– Я рад приветствовать гостей в моем доме...
– сказал он по-русски****

– Да пошлет Аллах удачу вашему дому - поблагодарил подполковник Цагоев

* прим автора - пример солдатской смекалки. Ми-8 тогда бронированных не было не то, что сейчас, он пробивался даже пулей АКМ. Вот и клали перед вылетом чугунную сковородку под задницу, да так и летели. Известны случаи когда добрый советский чугун - а в СССР чугуна на столовые принадлежности не жалели - спасал от пули ДШК.

*** стой, стрелять буду!

*** прим автора - про то, что рядом с Масудом постоянно были русские - это не выдумка. Командиром подразделения охраны и личным телохранителем Масуда был человек по имени Николай. По свидетельствам очевидцев, подготовкой пулеметчиков у А.Ш. Масуда занимался бывший советский военнослужащий, взявший имя Абдолло. Рядом с Масудом были и другие русские, не раз перехватывали разговоры на русском по рациям.

**** Достоверно известно, что А.Ш. Масуд свободно владел шестью языками, в том числе и русским. Не расставался с книгой. Приведенная формулировка - типичное приветствие афганцев гостям их дома. То, что А.Ш. Масуд приветствовал их именно на русском, на их языке - было проявлением уважения.