Наутро мы встали чуть свет, умылись, разожгли костер и вскипятили чай.

После чаепития Коноплин привел лошадей, оседлал их. Лошади отдохнули за ночь и стояли смирно, потряхивая коротко подстриженными гривами. Чалый меринок майора Загородько нетерпеливо чертил землю подкованным копытом.

За чаем майор попросил рассказать о Хвойной, о том, у кого мы ночевали, с кем встречались и какие вели тары-бары. Выхватив из костра чадившую головешку, он попросил дядю Колю нарисовать план деревни. Его особенно интересовали избы, прилегающие к лесу, и бани, которые ставились, как правило, на отшибе, в конце огородов.

— А заимки? Про заимки вы разузнали?

Дядя Коля замялся. На помощь ему пришел Серега:

— Заимок, товарищ майор, здесь много, но поблизости всего две. Одна вот эта, где мы с вами находимся, вторая — ниже по ручью, выходит, южнее...

Деревня Хвойная и ее окрестности, в общем-то, были ясны. Теперь майору хотелось собрать кое-какие сведения о местных жителях. Когда дядя Коля сказал что все здоровые мужики на фронте, майор нахмурился:

— Там люди грудь под пули подставляют, а мы здесь...

О Фросе он расспрашивал с пристрастием:

— Кем работает? Какая из себя? Что говорила?

Выслушав дядю Колю и Серегу, майор Загородько обратился к нам с Димкой:

— Ну, а вы что воды в рот набрали?

Мы с Димкой, действительно, все это время молчали, ловя каждое слово взрослых. В результате у нас сложилось свое мнение, которое Димка и выложил:

— Я думаю, товарищ майор, Федька далеко от деревни не мог уйти. Единственная дорога на станцию, он знает это, перекрыта. Ему остается переждать суматоху в безопасном месте, а потом спокойно двинуться куда надо, то есть к границе.

— Где он, как ты думаешь?

— Не знаю, товарищ майор. Может, и на той заимке, что ниже по ручью.

— А ты, Мальцев? Какие у тебя соображения на этот счет?

— Извините, товарищ майор, я не досказал,— продолжал Димка, не давая Мальцеву раскрыть рта.— Я думаю, надо немедленно идти на ту заимку. И идти в обход деревни, не показываясь на глаза местным жителям, чтобы не вызвать подозрений.

— Мысль заслуживает внимания. Но послушаем, что скажет лейтенант.

— А по-моему, товарищ майор, действовать надо, опираясь на общественность,— заговорил наконец и Мальцев.— Собрать народ, рассказать, что это за фрукт такой — Баранов,— и какую опасность он представляет.

Когда лейтенант умолк, майор обратился к дяде Коле:

— А ты, Николай...

— Степаныч,— по прывычке подсказал дядя Коля.

— А ты какого мнения?

Дядя Коля потеребил рыжую бороденку:

— Что тут сказать... И Митрий правильно говорил, и товарищ лейтенант тоже... А я слушал и думал: где бы ни был сейчас Федька, живым в руки он не дастся. Скажите, товарищ майор, ежели бы, допустим, он явился с повинной и, вдобавок, золото на стол поклал, его послали бы на фронт или нет?

— Нет. На его совести, считай, два убийства. А такие преступления не прощаются.

— Тогда, выходит, все верно...

— Что верно, что ты имеешь в виду?

— Это я разговор один вспомнил. Сидели мы с Федькой ночью у костерка и балакали о жизни. Я говорю — иди, дурень, в милицию, просись на фронт и искупай вину...

— А он?

— А он сначала вроде бы согласился, даже повеселел, спасибо, говорит, за добрый совет. А на другой день, когда мы ушли, забрал добытое нами золото, харчи, какие еще оставались, прихватил двустволку «Заур» и будь здоров. Вот и выходит, что правильно, идти с повинной Федьке было нельзя, и он это знал.

Майор Загородько вскочил в седло и, сдерживая чалого меринка, натянул поводья.

— Теперь слушайте, что скажу я,— заговорил он с высоты своего положения.— Я тоже думаю, что Баранов здесь, в деревне или поблизости. Исходя из этого логического предположения, мы примем за основу такой план. Двое — Мальцев и Коноплин — слетают на заимку, что ниже по ручью, и посмотрят там хорошенько. Двое — Кочемасов и я,— майор глянул на Серегу,— сядут в засаду на тропе недалеко от дома Фроси. Почему именно на этой тропе, я полагаю, разъяснять не надо. Ты, Николай Степаныч, пойдешь с ребятами прямо в деревню. Таиться вам ни к чему, наоборот, желательно, чтобы вы прошлись из конца в конец на виду у всех и пустили слушок, что идет милиция ловить бандита и убийцу. Вопросы есть?

— Разрешите, товарищ майор, а вдруг спугнутый Баранов сдуру попрется по этой дороге?

— Навстречу милиции? Мало вероятно, Мальцев,— покачал головой майор Загородько.— Интуиция подсказывает мне, что Баранов где-то здесь, в этом квадрате,— он описал руками большой круг.— Где именно — в деревне или на заимке,— этого я не знаю. Предположим, что на заимке. Зачем он туда попрется? Да пересидеть, переждать суматоху, только и всего. В таком случае его схватят... должны схватить ты и Коноплин. При подъезде глядите в оба. Имейте в виду, что Баранову терять нечего. Теперь возьмем другой, деревенский вариант. У кого Баранов может скрываться в Деревне? Только у Фроси, не станет же он бегать из одного дома в другой. В таком случае Фрося сразу доложит ему обстановку — про нас и про вас доложит, будьте уверены. И тогда нервы у Баранова, можете не сомневаться, не выдержат, сдадут, и он наверняка подастся в тайгу. Подастся ближайшей тропой, той самой, а тут уж мы с Кочемасовым не оплошаем. От нас Баранов не уйдет.