— Самый, что ни на есть, настоящий сон. Мы снимся тебе, а ты — нам. Скоро ты проснешься и все забудешь. И мы, скорее всего, тоже. А объяснить, что происходит, извини — не можем. Секунда у нас, вечность у тебя.

— Временной парадокс, — вмешалась Юлия.

— Ты еще ей про искривление пространства расскажи, — усмехнулась Анна и уже деловито продолжила: — Нужно что-то решать — одной ей не справиться.

— Есть шевалье, — напомнила Юлия.

— Симпатичный мальчик, правда? На Тома Круза похож.

— А кто это?

— Скоро узнаешь, — вздохнула Анна. — Но ты права — без его помощи девочке придется несладко. В ее времени мы бесправны.

— Значит, ей придется отобрать у мисс Абигейл Смит лавры первой феминистки Америки! — отрезала Юлия. — Поможем и знаниями: твоими в медицине и геологии, моими — в финансах.

— Ты разбираешься в экономике?

— Не забывай кто мой супруг!

— Обычный спекулянт, — небрежно обронила Анна и примиряюще продолжила, увидев обиженно поджатые губы: — Но для этой эпохи, вполне достаточно и этого. Так что будем делать с шевалье?

— Разберемся и с ним, — туманно пообещала Юлия и весело рассмеялась: — Ведьмы мы, в конце-то концов, или нет?..

Сон вспоминался смутно, неясными урывками. Злата лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к тихому шелесту волн за бортом корабля, вместе с соленой свежестью морского ветерка украдкой пробиравшегося в каюту через приоткрытый иллюминатор. В дверь тихонько постучали. Девушка выскользнула из мягкой постели, закуталась в тяжелый мужской халат, и с трудом отодвинув бронзовую задвижку, приоткрыла дверь. Стоящий у порога матрос, с перебитым носом и щербатой ухмылкой, коротко поклонился и со всей учтивостью, на какую был только способен, произнес:

— Мисс, мы подходим к порту. Вам пора собираться.

— Хорошо, — коротко ответила Злата.

После того, как англичане спасли их из рук пиратов, им были выделены крошечные каюты на офицерской части фрегата — француз поспешил представить девушку, как особу царской крови. Впрочем, на расположении английского капитана это сказалось не сильно: ни Франция, ни Россия не входили в число друзей Британии. Единственной выгодой были обеды за капитанским столиком кают-компании и небольшая сумма денег, которую им ссудил англичанин. Едва сойдя с трапа на деревянный настил портового причала Бостона, девушка задала мучивший ее вопрос:

— Куда мы направимся, месье?

— Где-то здесь живет старый друг моего отца. Я учился у него на юридическом факультете Сорбонны, он читал нам лекции по экономике. Думаю, что он поможет нам добраться до Франции. Без денег это будет сделать сложно, а королевского консульства в этом городе нет.

— А как он здесь оказался? — поинтересовалась Златка.

— Дуэль, — нехотя пояснил шевалье.

— Вы решили возвращаться? — бросила пробный шар девушка.

— А вы хотите остаться в Америке? — изумленно приподнял бровь Костилье.

Златка промолчала. В ближайшей лавке им подсказали адрес Доминика де Брюэ — он оказался крупным скотопромышленником, и жил на своей усадьбе всего в тридцати милях от городской окраины. Через пару часов крытая рессорная коляска домчала их к воротам ранчо. В двухэтажном особняке, отстроенном из белого камня, царил переполох: носились по лестницам слуги, а худая женщина с изможденным лицом, представившаяся как миссис Броуди, мрачно пояснила:

— Патрон при смерти. Уже послали за священником.

— Что с ним случилось? — быстро спросил Костилье.

— Судя по всему перитифлит, — веско пояснил подошедший толстячок, в черном костюме и смешном пенсне. — На все воля божья, но… до утра он, скорее всего, не доживет.

— Я могу взглянуть на больного? — неожиданно поинтересовалась Златка.

— У мисс есть патент врача? — с холодной язвительностью спросил местный лекарь.

Шевалье оглянулся на слуг, с интересом наблюдающих за незнакомцами, и наклонился к уху толстяка. Выслушав короткую фразу, доктор учтиво склонил голову и сделал приглашающий жест в сторону резной деревянной лестницы, ведущей на второй этаж. В небольшой светлой комнате на просторной кровати лежал мужчина, слабо улыбнувшийся при виде вошедших гостей.

— Ив, дружище, как я рад тебя видеть!

Костилье нерешительно приблизился к постели и бережно пожал протянутую руку.

— Месье, у вас сильный жар!

— Так, господа! Все любезности оставим на потом! — вмешалась Златка и присела на стул, стоявший рядом с кроватью. Не обращая внимания на вялые попытки смущенного больного, она решительно откинула одеяло и осторожно нажала пальцами на живот:

— Здесь болит? А так?.. Попробуйте приподнять правую ногу. Больно?.. Все ясно. Док, вы были совершенно правы — это аппендицит.