Шрифт:
— Хотя мне неизвестно, чем оно опасно, я вынужден подчиниться, — вздохнул Задор Сэйдж.
Сан-Тар IV кивнул своим помощникам, и те направили на растение излучатели. Растение задёргалось, начало извиваться, того и гляди — выскочит из заполненного розоватой почвой углубления.
Но эти трепыхания быстро прекратились: глаза померкли, само растение сжалось, пожухло. Помощники, предварительно надев перчатки, выдернули растение из почвы, и положили его в большой целлофановый пакет.
— Можете идти, — сказал им Сан-Тар IV.
Помощники, храня на лицах брезгливое выражение, потащили пакет с растением из лаборатории.
Сан-Тар IV прокашлялся, и спросил у Задора:
— Так, стало быть, это растение может двигаться?
— Да. Вы сами видели.
— Так почему же вы… не предупредили?!
— А о чём я должен мог предупреждать? Здесь все растения необычные. Собственно, это не совсем растения. Вы же знаете, все находящиеся в моей лаборатории — это даже не животные, это, возможно, разумные существа, и я должен…
— Знаю. И всё же вы должны следить тщательнее. Вот скажите — это растение могло покинуть пределы лаборатории?
— Нет. Это совершенно исключено. Оно растёт в этой вот почве, а по полу передвигаться не способно.
— А если ему кто-нибудь помог?
— Не понимаю вас, капитан.
— Ладно, Задор Сэйдж, — Сан-Тар IV помахал перед его носом своим толстым пальцем. — Следите за своими растениями. Следите тщательно. Но помните, что и за вами следят. И я не советую вам сделать что-нибудь не так… Запомните это!
— Как вам угодно, капитан, — смиренным тоном проговорил Задор.
Сан-Тар IV развернулся, и выскочил из биологической лаборатории.
Глава 13
"Месяцы"
Сан-Тар IV сидел в своей каюте, которая, как и полагается каюте капитана, была самой крупной, и самой хорошо обставленной каютой на "Спасителе".
Перед Сан-Таром IV на полированном столе стояла наполовину выпитая бутылка коньяка. Хмельными глазами Сан-Тар IV глядел на экран, занимавший всю противоположную стену.
Обычно этот экран был разделён на множество частей, показывающих всех участников экспедиции, но теперь Сан-Тар включил на всю стену только один экран, передающий изображение с вмонтированного в одежду Эвана устройства.
Эван находился в биологической лаборатории, и разговаривал с Задором Сэйджом. Разговор их представлялся самым обычным, даже скучноватым. Вот Эван произнёс:
— Кормят нас, конечно, неплохо, но уже надоело это однообразие. Неплохо бы чего-нибудь новенького. Как думаешь, припасено в кладовке что-нибудь на торжественный случай?
— Ну, может, там стоит огромный, замороженный торт. Осталось только до «скорлупы» долететь. Тогда и праздновать будем…
— До «скорлупы» ещё три месяца лететь, — тоскливо вздохнул Эван. — Ты бы из своих растений что-нибудь приготовил.
— Нет-нет, что ты! Я не могу. Ведь они живые. Возможно, даже разумные.
— Я же просто пошутил…
Сан-Тар IV уже несколько минут слушал этот разговор. Вот он подлил себе коньяку, сжал кулаки и пробормотал со злобой:
— Болтайте, болтайте… а всё равно чую: заговор у вас. И особенно этот Задор Сэйдж подозрителен. Всё же я подловлю вас, выведу на чистую воду…
И, залпом осушив стакан, сказал:
— Три месяца! Ещё три месяца!.. А у меня нервы сдают!.. Проклятье!.. Что творится на этом корабле?!
Эван действительно находился в лаборатории Задора Сэйджа, однако разговаривали они отнюдь не о том, что слышал Сан-Тар IV. Даже находились они в другой части лаборатории.
Но в систему наблюдения можно внести искажения, если ты не человек, или почти не человек, если в тебе есть частичка Существа из «Объекта», а именно таким и был теперь Задор Сэйдж.
Эван, не подозревая, что он повторяет пьяное восклицание Сан-Тара IV, спрашивал у Задора Сэйджа:
— Что творится на этом корабле?
И Задор ответил:
— Просто не надо было направлять на «Существо» излучатель.
— Ты же сам… то есть не ты… Всё не могу привыкнуть, что ты — не прежний. В общем, Задор Сэйдж думал, что таким образом можно освободить Существо.
— А Существо, официальным представителем которого я являюсь, не надо спасать… Оно само хочет, чтобы его доставили к пробитой «скорлупе», и залатали с его помощью пробоину…