– Я приходила будить тебя сегодня утром.

Эти спокойные слова убили Синтию наповал. Она замерла, сжавшись, как только вспомнила, что происходило в ее постели сегодня утром.

– Дом старый, но стены в нем не слишком толстые, дорогая. К счастью для всех нас, я не открыла дверь.

– Я… – У Синтии потемнело в глазах, но она не настолько слаба, чтобы упасть в обморок. – Это я соблазнила его. Он пытался сказать «нет».

– Я уверена в этом. И рада, что ты последовала моему совету.

– Я не следовала никакому совету.

Синтия заставила себя повернуться и посмотреть в лицо миссис Пелл. Она поразилась тому, что в глазах экономки не было и намека на неодобрение или смущение:

– Это произошло не из-за свадьбы.

– Но теперь, я думаю, как раз о ней пойдет речь.

– Нет. Ему надо жениться на деньгах. Ну, как не понять этой простой истины?

Миссис Пелл взяла Синтию за локоть и потянула к стулу.

– Потому что жизнь не так проста. Присядь.

Синтия села, почувствовав облегчение в дрожащих от усталости ногах.

– Я приехала в Кантри-Мэнор в тысяча восемьсот тринадцатом году. Вспомни моего сына Тома. В то время он был совсем крошечным, а теперь взрослый мужчина, живет в Индии.

– Я знаю. Ваш муж погиб в море.

– Это ложь. Я никогда никому не говорила правду. Я не была вдовой, и у меня никогда не было мужа.

Миссис Пелл смахнула несколько крошек со стола, как будто ничего важного сейчас не сказала.

– Что, простите?

– Отец Тома был моим возлюбленным. Семья, в которой я росла, не относилась к разряду состоятельных семей, но пользовалась уважением. У нас был свой постоялый двор, и еще отец сдавал в аренду лошадей. Когда оказалось, что я беременна, даже сомнений не было, что я выйду замуж. Знаешь, нет позора в том, чтобы родить раньше времени, если твое имя записано в церкви.

Синтия, потрясенная этим рассказом, молча кивнула.

– Он был местным викарием, поэтому…

– Кем он был? – У Синтии внезапно прорезался голос.

– Поэтому меня бы ждала спокойная и достойная жизнь в качестве его жены. Но когда я сообщила ему о своей беременности, он ударил меня.

У миссис Пелл наконец успокоились руки, и она не сводила с них глаз.

– Он ударил меня и назвал жадной шлюхой. Он явно хотел подобраться к дочери местного сквайра и с помощью брака упрочить свое положение в обществе. Но вместо этого ему теперь предстояло жениться на дочери владельца постоялого двора.

– О, миссис Пелл, это ужасно!

– Ужасно, ты права, и я не могла согласиться на это. У меня не было намерения всю жизнь жить в прислугах, Синтия. Но я предпочла именно это, потому что мысль о том, что этот человек всю жизнь изо дня в день будет унижать меня, была невыносима. Я думала, он любит меня, и на меньшее была не согласна.

– Я тоже не хочу быть обузой для Ника, понимаете? – Синтия обняла миссис Пелл. – Не хочу, чтобы на социальной лестнице он спустился на ступеньку ниже.

– Он уже спустился вниз, дитя мое, и это не имеет к тебе никакого отношения, поняла?

– Мы, не знаем, правда ли это.

– Тогда спроси его. В жизни есть вещи поважнее денег. Могу поспорить, что Ланкастер уже знает об этом.

– Что знает? – раздался из-за спины Синтии его глубокий голос.

По звуку его шагов Синтия могда определить, что он был еще в коридоре и вряд ли слышал ее разговор с миссис Пелл.

Миссис Пелл, которая оказалась намного хитрее, чем предполагала Синтия, улыбнулась и вскочила на ноги.

– Он знает, что, если не сохранит мою девочку в целости и сохранности, получит от меня затрещину.

– О да, это он знает. Ты готова, Син?

– Готова.

И все равно она продолжала сидеть, со страхом ожидая момента отъезда.

– Хорошо, тогда давай прощайся. Хотя я уверен, что через несколько дней мы вернемся.

Синтия заставила себя встать и расплакалась еще до того, как миссис Пелл обняла ее.

– Ну, ну, не надо плакать.

– Поехали со мной в Америку, – безнадежно прошептала Синтия.

Они много раз обсуждали эту тему. Миссис Пелл даже не ответила, она только покачала головой.

– Но вы будете здесь совсем одна.

– Мне так нравится. Что, скажи, пожалуйста, я буду делать в Нью-Йорке?

Синтия уткнулась ей в плечо.

– Может быть, ты вообще туда не поедешь. Посмотрим. А сейчас будь осторожной и послушной. Присылай письма. Много писем.

Синтия все еще плакала, когда Джеймссон подогнал экипаж и с любопытством посмотрел на ее заплаканное лицо. Но что удивительно, как только они проехали мимо видневшегося вдалеке Оук-Холла, слезы высохли, и она с безучастным видом смотрела на свой старый дом.