– Это Хельмет, сэр.

– Ты хотел сказать – Хельмут? [2]

– Никак нет, сэр, самый что ни на есть Хельмет. Это не просто солдат, а целая армия из одного солдата. Ну как, сэр, все в порядке?

Шарп все еще стоял на ступеньке и поглаживал пальцем серебряную оплетку на рукояти палаша. Оплетка распускалась, и Шарп напомнил себе, что по возвращении в батальон надо будет зайти к оружейнику. И тут же подивился, что в такое сложное время человек способен думать о сущих пустяках.

Харпер кашлянул.

– Ну так что, сэр, идем?

– Что? Да. – Шарп не сходил с места и глядел на собор.

Патрик Харпер сделал новую попытку.

– Домой, сэр?

– Нет. Туда. – Шарп показал на собор.

– Есть, сэр. Как прикажете, сэр.

Они пошли по площади, залитой лунным светом, и Шарп заставил себя вернуться мыслями в настоящее.

– Как девушка?

– Все отлично, сэр. Весь день дралась.

– Дралась?

Ирландец ухмыльнулся.

– Хельмет ее учит саблей работать.

Шарп рассмеялся. Как это похоже на Терезу! Он взглянул на невысокого немецкого сержанта и ухмыльнулся – тот очень смешно ходил, кривые растопыренные ножки несли могучее бочкообразное туловище, точно живой таран.

Харпер заметил, что у Шарпа поднялось настроение.

– Хельмету только покажи, в какую сторону идти, а уж он-то себе дорогу проложит. Кони, стены – ему все едино. Только трафарет останется, ей-же-ей. – Харпер рассмеялся. – А саблей машет, как сам дьявол!

Шарп подумал о девушке. Он знал, что у Эль Католико есть к нему еще один счет, кроме золота. Личный счет. И он был рад, что его сопровождает Харпер с семиствольной винтовкой.

– Что там стряслось?

– Где, сэр?

– Ну, у нас.

Харпер усмехнулся.

– Пустяки, сэр. Заходили за золотом. Но сначала мы не понимали по-португальски, а после капитан Лассау не разобрал ихний английский. Ну, затем Хельмет порычал маленько, покрушил мебель, а парни показали свои железки, и португальцы отправились восвояси.

– Где сейчас девушка?

– Да там, сэр. – Харпер успокаивающе улыбнулся. – С парнями на кухне, учится с оружием обращаться. Неплохой новобранец, сэр.

– А лейтенант Ноулз?

– В своей стихии, сэр. Глаза на затылке, круговая оборона, каждые десять минут – обход постов. Да не пройдет туда никто, ей-же-ей. А что насчет нас решили, сэр?

Шарп пожал плечами и взглянул на темные окна домов.

– Приказали завтра утром сдать золото Эль Католико.

– И что, сдадим, сэр?

– А ты как думаешь?

Харпер ухмыльнулся и промолчал.

Внезапно один из немцев остановился и выхватил саблю из ножен. Все замерли, но тревога оказалась ложной – просто один из немногих оставшихся в городе мирных жителей появился вдруг из переулка у них на дороге. Он отпрянул к стене и забормотал по-португальски, до полусмерти испугавшись чужеземных солдат с саблями и винтовками, глядевших на него так, будто хотели разорвать на части.

– Все в порядке, – сказал Шарп. – Идем.

У ворот собора Шарп разглядел темные силуэты солдат, охраняющих боеприпасы. Стуча каблуками по мостовой огромной площади, он и его свита приблизились сзади к часовым. Португальские солдаты вытянулись в струнку и отдали честь. Шарп повернулся к трем немцам.

– Ждите здесь.

Хельмут кивнул.

– Хэгмен и Роч – тоже. Сержант, пойдем.

Прежде чем открыть калитку возле огромных деревянных ворот собора, капитан окинул взглядом площадь. Не почудился ли ему темный силуэт на той стороне, притаившийся на углу в переулке? Шарп подозревал, что группы партизан разыскивают его по всему городу. Но здесь ему опасаться нечего – испанцы рискнут напасть только на сумрачной безлюдной улице.

Он вошел в собор, в огромный каменный купол, где в нишах стояли свечи в лужицах желтого колеблющегося сияния. В дальнем конце прохода на алтаре мерцал красный вечный огонек. Шарп подождал, пока Харпер окунет пальцы в святую воду и перекрестится.

Ирландец вернулся к своему командиру.

– Что теперь, сэр?

– Не знаю. – Покусывая нижнюю губу, Шарп посмотрел на огоньки свеч и направился к грозди фонарей у лестницы в крипту. Часовые вытянулись перед офицером, но он лишь махнул рукой – дескать, вольно.

– Сержант, шлепанцы.

У верхней ступеньки небольшая груда боеприпасов ждала подносчиков, которых пришлют за патронами с позиций – ни к чему отнимать у них время, заставляя надевать войлочные тапки. По прикидкам Шарпа, на пороховом складе в прохладной сырости соборного подвала должно было работать человек двадцать.

Харпер заметил, что командир смотрит на вскрытый тюк с патронами.

– Там еще есть, сэр.

– Где?

Харпер кивком указал на дверку рядом с огромными церемониальными дверьми.