– Думаю, ты ошибаешься, – сказала она. – Наверное, Сэм просто хороший сосед. Он дал мне понять, что я всегда могу рассчитывать на его помощь.

Марси было очень сложно обсуждать свои чувства к Сэму с Айрис, но что именно мешало ей, она не могла бы объяснить. Разумеется, Айрис не из тех, кто разбалтывает чужие секреты на каждом углу, в порядочности своей подруги Марси не сомневалась ни минуты. Но то, что происходило между ней и Сэмом, было слишком личным, слишком интимным, чтобы с кем-то этим делиться.

– Я не понимаю тебя.

Марси с удивлением посмотрела на Айрис:

– Чего ты не понимаешь?

– Не понимаю, чего ты хочешь от Сэма.

Айрис откинулась на спинку стула и окинула подругу оценивающим взглядом, словно видела ее впервые.

– И от Джеффа. Что означает твое поведение? Невооруженным глазом было видно, что он от тебя без ума, а ты оставалась с ним холодной, как ледяная глыба. Ты пресекла все его попытки сблизиться с тобой.

– Джефф, конечно, очень милый и приятный человек, – без энтузиазма проговорила Марси.

Действительно, новому городскому прокурору нельзя было отказать ни в обаянии, ни в уме. Но когда он, отпустив шутку, как бы случайно взял Марси за руку, она просто-напросто ничего не почувствовала – ни волнения, ни радости, ни возбуждения.

– Милый? – Айрис сморщила свой хорошенький носик. – Да он потрясающий, восхитительный, сексуальный.

– Если он тебе так нравится, почему бы тебе им и не заняться?

– Я уже говорила тебе, что меня привлекают мужчины совсем другого плана. И мне нравится, когда у них имеются матримониальные устремления.

– Почему?

– Личное предпочтение. – Айрис неопределенно махнула рукой. – К тому же мы сейчас говорим не обо мне, а о тебе.

Марси рассмеялась.

– Уже нет, – многозначительно проговорила она. – Теперь темой нашего разговора определенно становишься ты.

– Я бы с удовольствием нарисовала тебе портрет своего идеального мужчины, но, к сожалению, на это у нас уже не осталось времени. – Айрис встала и потянулась. – Уже скоро одиннадцать, я и так у тебя засиделась. Мне пора.

Марси тоже поднялась, взяла в руки оставшуюся на столе стопку тарелок и вслед за подругой направилась на кухню.

– Спасибо тебе, Айрис.

На лице Айрис появилось озадаченное выражение.

– За что ты меня благодаришь?

– За то, что предложила устроить эту вечеринку, – сказала Марси. – За напоминание о том, что важно не где ты находишься, а с кем. Именно наши друзья приносят в нашу жизнь счастье. Знаешь, мне очень хорошо рядом с тобой.

– И мне с тобой очень хорошо…

Входная дверь громко хлопнула, и на лестнице послышались тяжелые шаги, прервавшие излияния Айрис. Она вопросительно посмотрела на Марси.

– Это Кэмден.

Марси бросила взгляд на часы. Все в порядке. Он пришел вовремя. Кэмден и Ферн ходили в кино, а потом зашли перекусить. Хотя Кэм и ворчал по поводу «комендантского часа», установленного Сэмом для своей дочери, он тем не менее не нарушил его.

– И тебе нравится быть мамочкой? – спросила Айрис Марси, когда они направлялись к входной двери.

– Да, нравится, – просто сказала Марси, совершенно не удивившись вопросу. – Кэмден очень хороший, покладистый ребенок. С ним легко.

– Ему повезло, что ты приехала сюда. Иметь такую мать, как Ширлин, непросто.

– Я это очень хорошо понимаю. – Марси попыталась улыбнуться, но улыбка вышла грустной. – Хотя на нее это можно посмотреть и с другой стороны. Сейчас мы с Кэмденом вместе, и нам очень хорошо. Мы счастливы.

– Да, это видно по тебе, – сказала Айрис и обняла подругу за плечи. – И помни – если тебе что-нибудь понадобится, у тебя есть сосед с включенным светом.

Марси тихо засмеялась. Этого-то уж она не забудет.

Сэм смотрел по телевизору новости, когда услышал, как стукнула входная дверь. Он ожидал, что Ферн, облагодетельствовав его коротким приветствием, тут же умчится к себе в комнату. Однако дочь не спешила уходить. Она плюхнулась рядом с ним на диван и стала пересказывать фильм, который они с Кэмденом посмотрели. Это была романтическая комедия, и Ферн, естественно, немного всплакнула. А вот Кэмден, сказала она, ни капельки не переживал. Потом они ходили в итальянский ресторан, который недавно открылся в Берривилле. В общем, Ферн была счастлива и полна впечатлений.